Но тогда достопочтенная Лоув предупредила бы Дини. Для этого у нее были возможности, а главное – знание языка, которым матушка владела совсем неплохо.
Чуть позже Дини посетила другая мысль, куда более зловещая: это дело рук Кромвеля. Девушка отлично помнила, как тот исходил злобой в Большом зале, испепеляя ее взглядом. У Кромвеля есть люди, готовые за грош и мать родную зарезать. Они полагались на покровительство Эссекса, а о совести забыли начисто.
Конечно, Кит сильный, но ведь он еще не до конца оправился от ран.
– Кит! – почти простонала Дини.
Тишина…
Высоко подняв голову, девушка вышла из спальни, стараясь придать своему лицу выражение спокойствия. Нет, она не станет рыдать и причитать. Она начала путешествие по коридорам и закоулкам дворца, стараясь заглянуть в каждую комнату, попадавшуюся ей по дороге. Разумеется, в Хемптон-Корте множество помещений, но она должна обойти их все.
Дини бродила словно сомнамбула по дворцовым переходам, ее отчаяние росло. Многочисленному населению Хемптон-Корта не было до нее никакого дела. Люди резвились на природе, о чем свидетельствовали взрывы хохота, доносившиеся из парка. Все это время Дини прижимала розы к груди, так что постепенно нежные цветы начали вянуть. Почувствовав легкое головокружение, девушка вспомнила, что не ела с прошлого вечера. Но ведь она собиралась позавтракать с Китом…
Через час Дини, отбросив какую бы то ни было систему, бродила по замку, полагаясь только на удачу. Под конец она вышла в парк в надежде встретить Энгельберта или матушку Лоув. Она была бы рада любому, кто смог бы ответить на вопрос: где Кит?
Толпа придворных окружала мощенный булыжником двор. Они перебрасывались шутками и аплодировали. Из центра круга доносился звон металла, и Дини вспомнила, что с подобным звуком сталкиваются мечи, ударяясь друг о друга.
Стоило ей приблизиться, как кружок придворных раздался, и она смогла видеть происходящее.
– Гамильтон, вот идет твоя кузина. По-моему, она оборвала все розовые кусты в округе!
Голос принадлежал Чарлзу Брендону, герцогу Саффолку. В центре импровизированной площадки, окруженной зрителями, несколько молодых людей демонстрировали мастерство фехтования.
Одним из них был Кит, который сражался левой рукой.
Увидев Дини, он сразу же передал свой меч Саффолку и направился к ней. Он выглядел прекрасно, а распахнутая на груди белоснежная рубашка и короткие штаны только подчеркивали стройность его фигуры и мужское обаяние. Дини отметила про себя, что многие женщины смотрели вслед Киту блестевшими от вожделения глазами.
– Кузина, неужели это все мне? – спросил Гамильтон, оказавшись рядом и указывая на букет.
Некоторые из придворных рассмеялись, но скоро вернулись к привычным занятиям. Одни просто болтали, другие снова образовали плотный круг, чтобы насладиться зрелищем поединка между Саффолком и молодым Сурреем.
– Куда ты, черт возьми, подевалась? – обрушился на нее Кит и положил ей на плечо руку, что со стороны, впрочем, выглядело как вполне невинный родственный жест. Он смотрел на нее сверху вниз, и она заметила, как в его глазах заплясали чертики. – Нет, серьезно, Дини, где я тебя только не искал! Больше не исчезай так внезапно, пожалуйста!
– Ты спрашиваешь, где я была? – возмутилась Дини. – Всего-навсего искала тебя, бегая по всему замку и заглядывая в каждую дверь! Когда я увидела, что тебя нет в комнате, то, понятное дело, подумала, что случилось что-то ужасное. О Кит, я так волновалась…
Хотя Кит и сердился на девушку, он не мог не отметить, что выглядела она великолепно. Но больше всего его поразили цветы, которые она прижимала к груди. С этим увядшим букетом в руках Дини показалась ему на удивление хрупкой и трогательной – ни дать ни взять, маленькая девочка из сказки.
Оглянувшись вокруг, он быстро подхватил ее за руку и повел к лабиринту. Укрывшись за кустами живой изгороди, они прильнули друг к другу, причем Киту пришлось трудно, так как у Дини подкашивались ноги и она в прямом смысле повисла у него на шее.
– Где ты был? – спросила девушка, уткнувшись лицом ему в грудь.
– Рано утром меня разбудил Энгельберт. Он сообщил, что видел, как Кромвель о чем-то совещался со своими головорезами, и предложил мне перебраться в другую комнату. Я, честно говоря, надеялся, что он рассказал тебе о своих намерениях.
Дини отрицательно покачала головой:
– Ничего подобного, но я даже этому рада. Кто знает, может быть, один из парней Кромвеля, заметив, что мы секретничаем, начал бы за мной следить и я привела бы его прямо к тебе. – Она наконец стала успокаиваться и даже улыбнулась. – А ты, между прочим, был прав. Эти розы для тебя.
Она протянула ему увядший букет в бутылочке, и Кит собрался было что-то сказать, когда понял, что держит в руке.
– Как же ты…
– Не спрашивай. – Она приложила ему пальчик ко рту.
– Тебя кто-нибудь видел?
– Нет, я ходила туда ночью – только не сходи с ума. Было уже часа три, и я задула свечу, как только нашла бутылочку. Разве ты не знаешь, что в это время суток темно, хоть глаз выколи? Я несколько раз натыкалась на стену…
