- Кенни Уолен, милочка, и если я решу, что ты врёшь, я выломаю дверь и всё там у тебя разнесу, пока буду его искать. А потом можешь подавать в управу на возмещение ущерба, который я тебе нанес, и возможно, тебе ответят. Году так к 1950-му.
Она что-то пробормотала, затем повернулась и крикнула:
- Кенни! Сюда иди!
Сэм заметил, как подходит Кенни, застёгивая по дороге фланелевую рубашку поверх засаленной футболки, волосы его были нечёсаны.
- А, бля, инспектор, погодите-ка.
- Я уберу ногу, но чтобы через десять секунд дверь открылась. Ясно?
- О, конечно, инспектор. Мне проблемы не нужны.
Сэм убрал ногу, дверь закрылась, и послышался звон снимаемой цепочки. Прежде чем дверь открылась, Сэм снял значок с лацкана. Для парней вроде Кенни, членство в Партии не значило ровным счётом нихера. Кенни стоял в дверях, изображал улыбку, но выражение его лица было столь же привлекательным, как у ипотечного клерка, рассматривающего вопрос о потере права выкупа.
- Чем могу помочь, инспектор?
- Мне нужно несколько минут с тобой поговорить. Без посторонних.
Кенни бросил взгляд в гостиную.
- У Доры уши размером с блюдца. Идём в коридор, лады?
Они вышли в коридор, лёгкий ветерок качал лампу под потолком.
- Ну и? - спросил Кенни.
Сэм задумался о нарушенных правилах, о том, что было сделано, и почему, подумал о покойнике, одиноком и холодном, лежащем в городском морге, с татуировкой на запястье. Как у какой-нибудь скотины, как сказал Шон. Зачем?
- Мне нужно, чтобы ты сделал мне кое-какие документы. Официальное удостоверение.
Кенни удивлённо уставился на Сэма.
- Бля, не знаю, что тут происходит, но ни в коем случае. Не знаю, что вы там задумали, но как по мне, всё это - подстава. Ни в коем случае, блин.
Звучало так, словно говорил кто-то другой, но Сэм осознал, что это его собственный голос.
- Ты это сделаешь, а я сниму с тебя обвинение в изготовлении инструментов для производства фальшивок. Сядешь не в тюрьму штата, а в окружную. Как считаешь, разумно?
- Считаю, безумно, вот что. Пару дней назад вы едва не арестовали меня за точно такую же просьбу. Что изменилось?
- Времена изменились. Больше тебе знать ничего не нужно.
Кенни какое-то время смотрел на Сэма.
- Вы же не шутите, да? - наконец, произнёс он. - Снимете одно из уголовных преступлений и я получу меньшее наказание?
- Всё так.
- Бля... Ладно. Какие документы вам нужны? Чек? Свидетельство о рождении? Профсоюзный билет?
- Мне нужно удостоверение ФБР. Причём качественное, Кенни, такое, чтобы прошло проверку.
- Вы рехнулись? ФБР? Господи Боже... и чью харю я должен на них поместить? А?
- Мою.
Кенни разразился смехом.
- Слышьте, инспектор, можете не снимать с меня то обвинение, потому что я не вожусь с федералами. За дурачка меня держите? Если меня возьмут за такие дела - это федеральное обвинение, а это значит, что я поеду в трудовой лагерь, и тогда, всё, конец всему. Доброй ночи. Увидимся на моём суде.
Фальшивомонетчик направился к двери. Сэм перегородил ему дорогу. Кенни остановился.
- Все, - произнёс Сэм, по-прежнему, не веря собственным словам.
- Что значит, "все"?
- Все обвинения. Их снимут. Они испарятся. Ты ни дня не проведёшь в тюрьме, даже судью не увидишь.
Кенни смотрел на него и моргал.
- Блин, а оно вам, видать, всерьёз понадобилось.
- Верно.
- Зачем?
- Не твоё дело, блин.
- Ну, значит, договорились, инспектор. За работу.
***
Работать предстояло в захламлённом тёмном подвале здания, в углу, огороженном деревянной стеной, которая висела на скрытых петлях, а за ней открывалось помещение три на три метра с грязным полом и кирпичными стенами. Там стоял длинный верстак, на другом столе печатный станок, набор литых литер, бутыльки с чернилами, фотоаппараты и штативы. Кенни провёл Сэма в комнату, усадил на табуретку и произнёс:
- Чисто для ясности, инспектор, то, что вы здесь видите... эм, должно остаться здесь, хорошо?
- Да, - ответил Сэм. - Всё, что я здесь вижу, здесь же и останется.
Кенни потёр ладони.
- Очень хорошо. Тогда, за работу.
Он рассмеялся.
- Что смешного? - спросил Сэм.
- Смешного? Смешно то, что в последнюю нашу встречу я оказался прав. Вы сказали, вас нельзя купить, а я сказал, что и у вас есть цена. Мне повезло, вы сами пришли и назначили эту цену.
Фальшивомонетчик занялся делом, копаясь в фотоаппаратах и объективах. Сэм прикусил губу.
- Ещё раз ляпнешь что-то подобное, Кенни, и я сломаю тебе нос, - наконец, произнёс он. - А потом ты, всё равно, сделаешь мне удостоверение ФБР, но работать будешь со сломанным и кровоточащим носом. Уяснил?
- О, разумеется, инспектор. А теперь, если вам всё нужно сегодня, давайте, за работу. - В голосе Кенни звучали извиняющиеся нотки, но в глазах его промелькнул намёк на ликование.
Глава тридцать восьмая
Примерно двенадцать часов спустя Кенни изготовил удостоверение ФБР, которое выглядело неотличимо от того, что Сэм видел в пухлых наманекюренных руках Лакутюра.
- Хорошо, что вы в мрачном настроении и мне не пришлось делать ещё один снимок, - сказал тогда Кенни.
