Быстро покончив с этим вопросом, господа адмиралы определились с единоначалием. Эскадру линейных кораблей, а точнее все, что от них осталось, возглавил Мартин, а пострадавшие в значительно меньшей степени Легкие силы достались Бейнсу. После чего английские корабли спешно покинули оказавшиеся столь негостеприимными воды Балтики и отошли в Датские проливы, надеясь, что уж там-то их ужасные русские «монстры» достать не смогут.
И первым, кого они там встретили, оказался французский отряд под командованием контр-адмирала Шарля Эжена Пено. На сей раз присланный французами наряд сил оказался более чем скромным. Всего лишь три винтовых линкора «Турвиль», «Аустерлиц» и «Дюкен», а также корвет, три винтовых шлюпа и дюжина канонерок. Не так давно вступившие в строй могучие бронированные батареи, как и следовало ожидать, остались в метрополии. Про десант не стоило и говорить.
Потеря целой армии в Крыму вызвала значительные перемены в европейской политике. Старавшиеся до сих пор придерживаться строгого нейтралитета австрийцы и пруссаки неожиданно вспомнили о временах былой славы и начали пока еще несмело, но все-таки бряцать оружием. Посылать в этих условиях в очередную авантюру еще один экспедиционный корпус показалось правительству Наполеона III сущим безумием.
Так что при встрече британцы первым делом посоветовали своему французскому коллеге не лезть на рожон и до прибытия подкреплений и в особенности броненосцев держаться от русских берегов на почтительном расстоянии. Впрочем, уговаривать Пено не пришлось. Как оказалось, он принимал участие в прошлогодней Балтийской кампании и хорошо представлял себе, на что может быть способен «гранд дюк Константин».
Но каково же было их удивление, когда на следующий день француз заявил своим британским коллегам, что передумал.
— По здравому размышлению, месье, — без обиняков начал он, — я полагаю, что нам необходимо предпринять небольшую рекогносцировку.
— Нам? — удивленно посмотрел на него Бейнс.
— Что, скажите на милость, вы затеваете? — заподозрил неладное Мартин.
— О, ничего особенного, месье. Просто… видите ли, мой император направил меня на Балтику, и я, черт побери, не могу ослушаться его повеления. Вместе с тем, прекрасно отдаю себе отчет, что рисковать линейными кораблями в данной ситуации не просто глупо, а скорее даже преступно. Посему предлагаю послать вперед два или три самых быстроходных корвета, чтобы обозначить наше присутствие, а заодно и разведать обстановку. Что скажете?
— Что вы сошли с ума! — отрезал Бейнс, которому совсем не улыбалось отдавать свои корабли на съедение Черному принцу ради прихоти лягушатника. — Русские устроят на вас охоту, как на медведя, и станут травить со всех сторон, пока не загонят на мины или устроят еще что-нибудь в этом духе.
— Так вы отказываетесь?
— Безусловно!
— А что скажете вы, месье? — вопросительно посмотрел Пено на Мартина.
— Даже не знаю, — задумался временный командующий английской эскадрой. — Какого дьявола вы желаете обнаружить в этих проклятых водах? Тут нет ничего кроме бесчисленных островов, мелей и мин. А теперь появились еще и русские броненосцы. Вы себе не представляете, что это за уродство. Угловатые, приземистые, грязные, как, впрочем, и вся их варварская страна. Но при всем при этом совершенно неуязвимые для нашего огня. Видит Бог, я не трус, но всякий раз, когда вспоминаю о схватке с этими чудовищами, меня пробирает холодный пот!
— Нисколько не сомневаясь в вашей храбрости, адмирал, хочу отметить два немаловажных аспекта. Я, видите ли, некоторым образом сумел ознакомиться с нашими броненосными батареями типа «Девастасьон» и, смею надеяться, сумел уяснить, в чем их сильные и слабые стороны. А после того, как выслушал вас, уверен, что построенные или точнее переоборудованные русскими корабли обладают теми же недостатками, что и наши.
— Не могли бы вы изъясняться точнее?
— Весьма охотно. Итак, в чем преимущество закованных в броню голиафов? Разумеется, в их неуязвимости, скажете вы и будете тысячу раз правы. Но вместе с тем я совершенно уверен, что у этой медали есть и обратная сторона.
— И какая же?
— Во-первых, они чертовски медленные, а во-вторых, крайне неповоротливые!
— Пожалуй, так оно и есть. Но что из этого следует?
— Все просто. Если мы будем соблюдать известную осмотрительность, русские больше не сумеют заманить нас в ловушку. А при встрече в открытом море мы просто уйдем от них!
— У принца Константина есть еще и линкоры.
— Ну для начала скажу, что я слишком высокого мнения о ваших артиллеристах, чтобы допустить мысль, что во время сражения русские не получили никаких повреждений. Уверен, они сейчас нуждаются в срочном ремонте, осуществить который, принимая во внимание слабость их промышленности, будет совсем не просто.
— Уж конечно, — пробурчал Бейнс. — Их промышленность настолько слаба, что за зиму смогла построить добрую сотню канонерских лодок и дюжину корветов в придачу.
