Альбигойский крестовый поход полностью

Оставалось еще личное унижение Раймунда, которое уже давно было одной из главных военных целей Церкви. 12 апреля 1229 года, через два дня после подписания окончательного проекта договора в Париже, Раймунд явился в одной рубашке перед строящимся фасадом собора Нотр-Дам, чтобы попросить отпущения грехов у легата. Среди зрителей этого действа был и молодой король, Людовик IX, новый архиепископ Нарбона (Арно-Амори уже умер) и Фолькет, епископ Тулузы, единственный участник, переживший бурю от первого раската грома в 1207 году до ее постепенного рассеивания более двадцати лет спустя. После акта примирения граф был временно заключен в Лувр, пока королевские чиновники овладевали восточным Лангедоком и везли из Каркассона девятилетнюю Жанну Тулузскую, возможно, самое важное из всех приобретений короны в 1229 году. Через нее французские короли должны были получить в свои руки последние оставшиеся владения ее династии. Ее помолвка с Альфонсом де Пуатье, которая была отпразднована в Мортте в июне, должна была доставить Романо Франджипани немалое удовольствие. Он уже давно пришел к выводу, что Лангедок будет католическим только тогда, когда он будет находиться в королевских руках, и будущее должно было подтвердить его суждение. Альбигойский крестовый поход закончился, хотя ересь не была уничтожена. Этим должна была заняться инквизиция.

Крестовый поход пережил своих зачинателей. Раймунд VI, Симон де Монфор, Иннокентий III, Арно-Амори были мертвы, а из других инициаторов кризиса только Фолькет Тулузский дожил до его последних мгновений. Поколению, выросшему в условиях непрерывной войны, нужно было напомнить, что крестовый поход когда-то имел и другие цели. Провозглашая его в марте 1208 года, Иннокентий велел южному духовенству "ухаживать за семенами, которые посеял легат-мученик, и питать их проповедью слова". Оптимистичные слова Папы остались официальной политикой Церкви, о чем не переставали заявлять последующие Соборы южных епископов. Но на практике их декларации мало что значили. В самом начале войны духовенство бросилось в активную проповедническую кампанию. Даже Арно-Амори, который "страстно желал смерти еретиков", вместе с Фолькетом Тулузским отправился в проповедническое турне по Ажене в первые месяцы 1210 года. Но жители сравнивали его проповеди с гудением пчел, и попытка больше не повторялась. После 1210 года от проповеди отказались все, кроме Фолькета, Святого Доминика и горстки цистерцианцев. Из них только Святой Доминик произвел заметное впечатление на катаров. "Когда он проповедовал, — вспоминал один из его слушателей, — его чувства были настолько сильны, что он разражался слезами, передавая свои эмоции всей аудитории; я никогда не слышал человека, чьи слова могли бы привлечь столь многих к покаянию". Последователи Доминика к 1214 году превратились в сплоченную группу, когда Симон де Монфор подарил им доходы от недавно завоеванного города Косней. Год спустя другой сеньор предоставил им три небольших рядом стоящих дома в Тулузе, под сенью замка Нарбоне в южном квартале города. Сам Доминик уехал менее чем через шесть месяцев, чтобы сыграть более значимую роль в Италии и северной Франции. Но его последователи продолжили начатую им деятельность и покрыли Лангедок своими приорствами за одно поколение.

Первые доминиканцы одержали несколько впечатляющих побед, но еще до поражения Амори де Монфора было очевидно, что их влияние на сплоченные ряды катаров было незначительным, гораздо ниже ожиданий первых оптимистов-проповедников. В менее жестокой атмосфере результат мог бы быть совсем другим. Но хотя сам Доминик был способен извлечь уроки из миссионерских успехов катаров, его последователи, в большинстве своем, таковыми не были. Они часто разжигали ту бескомпромиссную ненависть к ереси, которая не оставляла места для примирения и укрепляла подвижные границы зон влияния религиозных сект. Именно "проповедники" весной 1211 года убедили лидеров крестового похода отказаться от всего, что предлагал им Раймунд VI, что вызвало серьезные опасения у некоторых северян и затянуло войну на восемнадцать лет.