Некоторые повернулись в мою сторону. Другие — преимущественно аристократы клана — отвернулись, словно от меня исходили зловонные миазмы. Рожи у них перекосило знатно. Особенно у моего приятеля Остена.
Баронский сынуля усмехнулся громко, нарочито, шагнул вперёд:
— Почтенные магистры! Рекрут Ром не прошел полный учебный курс, не сдавал общую аттестацию и не доказал, что надежен. За что он получил место в Лунных стражах?
Я встретился с ним взглядом.
— Наверное, за улыбку моей Тени. Кажется, она очень обаятельна.
Он шагнул ближе:
— Таким, как ты, место на цепи, а не в строю, — прошипел он. — Лунный страж — это элита…
— Остен, — раздался голос Салине. — Мы все здесь на цепи. И твоя цепь — это устав. Умей его придерживаться, иначе у Совета возникнут вопросы не только к тебе, но и к твоему отцу.
Он застыл и захлопнул рот, когда Салине упомянула барона. Насколько я понял, здесь родители по полной программе отвечали за проступки своих детей. Даже аристократы. Особенно аристократы. В какой-то степени рядовым членам клана вроде Хвана было куда проще. Меньше ответственности и требований.
Хван хлопнул меня по плечу, хихикнул:
— Мог бы поделиться удачей, а?
— Не спеши радоваться, Ром, — бросила Лия. Она подошла вплотную. — Стажтровка у Лунных стражей — это не подарок, а очередное испытание.
Я кивнул.
— Ага, им, кажется, понравилось меня испытывать.
— В этот раз они будут смотреть не просто на твою силу, а на то, как ты её используешь. Осторожно, Ром. Ты сейчас на той тонкой грани, где один шаг — и ты станешь угрозой самому клану. И тогда…
В глазах Лии промелькнуло беспокойство, словно ей и правда было не всё равно.
— Понял, — отозвался я. — Спасибо за предупреждение.
Я почти вышел из здания, когда услышал шаги. Ровные, уверенные. Чужие.
— Ты не слишком спешишь для безродного, которому выпала такая честь, — раздался знакомый голос за спиной.
Остен.
Я обернулся. Он стоял, скрестив руки, как мрачная статуя. На лацкане куртки красовались всё те же знаки отличия: серп Луны и две звезды, отливающие сталью. Его глаза сверлили меня, как будто я — неуместная грязь на подошве его ботинок.
Этот барончик начинал мне надоедать.
— Всегда так рад видеть тебя, Остен. Не знал, что ты скучаешь, — отозвался я и опёрся о стену.
Он сделал шаг ближе.
— Ты зарываешься, безродный. Я видел вас. Тогда, на крыше. Тебя и Лию. Не думай, что ты можешь… что вообще стоишь ее. Ты — никто. Ошибка клана. Без имени, без рода, без права на славу.
— Странно, что ты решил говорить за неё, — я пожал плечами. — Она вроде умеет разговаривать сама? Или аристократия теперь говорит за женщин тоже? Прогресс, а я не знал.
В его глазах мелькнула искра. Неподдельная злость. Он ненавидел не столько мои слова, сколько то, что я вообще осмелился ответить. Меня же это откровенно забавляло.
— Ты думаешь, что твоя «особенность» даёт тебе право перешагивать границы? — прошипел он. — Но мы в Ночном клане. И здесь свои законы.
Я усмехнулся.
— Ты, видимо, путаешь границы с загонами. А я — не скот. Хотя спасибо, что напоминаешь, где тут пастухи. И кто лает громче всех.
Остен напрягся. Я чувствовал, как его Тень уже дрожала рядом, готовая вырваться наружу. Он почти вытащил артефактный кинжал.
Почти.
— Ещё слово, и я покажу, кто ты есть. Без экзаменов. Без протоколов.
Я развёл руками:
— Да пожалуйста, если тебе не надоело целовать пол. Но помни, что сейчас угрожаешь стажёру Лунных стражей. Хотя давай подождем парочку свидетелей — и тогда о твоем позоре заговорят громче.
Он шагнул ближе.
Я не отступил.
Воздух между нами раскалился.
И тут послышались шаги.
На повороте появился наставник Теваль. Старик с хромотой и стальным взглядом. Он задержался и уставился на нас.
— Проблемы, рекруты? — его голос мог бы заморозить лаву.
Остен отступил на полшага и поклонился:
— Никак нет, наставник. Просто… обсуждение философии клановых границ и устава.
— Тогда обсуждайте с книгами, где этот устав написан. Остен Рейвель, мне снова доложить магистру Трейну о вашем излишнем рвении?
Барончик тут же выпрямился, словно проглотил стальной прут.
— Никак нет, наставник Теваль.
— Тем лучше, Рейвель младший. Пора бы вам нарастить не только мышцы, но и немного благоразумия.
Он ушёл. Но взглядом дал понять: он всё видел и слышал.
Остен снова повернулся ко мне. И на этот раз он говорил уже куда тише.
— Держись подальше от Лии. И помни: я выясню, кто ты такой и какого черта делаешь в моем клане. Посмотрим, чего ты будешь стоить, когда я все разузнаю.
Я осклабился.
— Помощь в поисках нужна?
— Да пошел ты!
Он ушёл. Я остался.
Сердце стучало. Но не от страха.
От предвкушения.
К полуночи нас построили. Без лишней торжественности — будто мы не будущие защитники Империи, а просто очередная смена сборщиков Ноктиума.
Перед нами стоял мастер Гелло — дежурный командующий оперативными группами. Морщинистый, худой, с руками, покрытыми застарелыми ожогами — как у тех, кто слишком долго взаимодействовал с нестабильным Ноктиумом.
