— Такие напыщенные приемы вгоняют меня в тоску, — отмахнулся я. — Старик Хен знает об этом, поэтому никогда не приглашал на подобные мероприятия.
— А в этот раз пригласил, — сказала собеседница с хитринкой во взгляде. — Есть предположения, почему?
— Теряюсь в догадках, — саркастически произнес я. — Честно, я бы с радостью незаметно покинул это место, но, похоже, придется провести какое-то время с «себе подобными».
Последние слова я проговорил, уже разворачиваясь обратно ко внутреннему двору и собираясь найти какой-нибудь неприметный угол, чтобы незаметно раствориться в тенях.
— Боюсь, у тебя ничего не выйдет, — с усмешкой сказала ректор Аретузы, тем самым заставляя меня остановиться. — Но в одном ты прав: тебе придется провести время с «себе подобными». Поэтому прошу пройти за мной.
Не дожидаясь меня, она прошла внутрь замка через высокие двери. Заинтересованно подняв одну бровь, я последовал за женщиной. Пройдя через створки, я попал в длинный коридор, из которого вело несколько коридорчиков поменьше. Но, похоже, что нас интересовал только главный, если судить по тому, как ректор Аретузы бодро шагает в сторону очередных дверей, виднеющихся в дали.
Шли мы молча, поэтому я воспользовался случаем и рассматривал архитектуру. Не сказать, что она меня впечатлила, скорее мне просто было больше не на что смотреть.
В какой-то момент, проходя через очередные двери, мы попали в просторный зал, где собралось немало народу, хоть и значительно меньше, чем во внутреннем дворе Локсии. Здесь так же, как и снаружи, чародеи разделились на множество групп и живо общались между собой. Разве что, здесь было куда больше женщин. Я бы предположил, что здесь действительно находились только дамы, если бы не увидел ранее Гедымдейта в компании с еще одним чародеем, которые удалились в одну из неприметных дверей.
— Прямо цветник какой-то, — вслух пробормотал я.
— Если бы вы, мужчины, так же, как и мы стремились выбиться в люди, то здесь было бы куда больше людей, — прокомментировала она мои слова. — Впрочем, теперь этот «цветник» разбавит еще один мужчина.
Оценив ее слова, я уже собирался оторваться от Тиссаи и спокойно побродить по залу, в котором оказался, но был остановлен спутницей.
— Не отставай, — строго сказала она, направляясь к неприметной двери, в которой еще некоторое время назад скрылся Гедымдейт.
— И куда мы? — с любопытством поинтересовался я. — Неужели есть сбор еще более достойных личностей.
— Можно сказать и так, — ответила Тиссая де Врие. — Тебе следует предстать перед Капитулом.
Аварис.
— Могу тебя поздравить со вступлением в ряды членов Капитула, — с улыбкой сказал Гедымдейт, когда мы вернулись в зал, где проводился общий сбор.
— Не твоими стараниями, старик, — недовольно ответил я, забирая кубок с вином у мимо проходящего слуги.
— Кстати об этом, — посерьезнел ректор Бан Арда и, сбавив тон, продолжил. — Мог бы подождать, пока я сам со всем разберусь. Твоя спешка…
Старик не успел договорить, как его горло сжала невидимая глазу хватка. Он потянулся к своей шее, но остановился, наткнувшись на мой довольно раздраженный взгляд.
— Подождать? — практически прошипел я, стараясь внешне выглядеть спокойным. — Я шесть лет ждал, протирая штаны при королевском дворе. Сколько мне еще нужно было прождать, выслушивая этих лживых, мерзких и мелочных существ, которых по какому-то недоразумению называют знатью? Сколько еще я должен был притворяться верной шавкой немощного королька, который не может произвести на свет наследника? Год? Два? Пять лет? А может десять? Когда ты там собирался перейти к более решительным действиям? Скажи мне, старик?
С каждым словом хватка становилась все сильнее, а лицо старика краснело. Но, в конце концов, я все же отпустил его и украдкой оглянулся, проверяя, нет ли у нас лишних свидетелей. К счастью, все были заняты своими делами и разговорами.
— Т-хвоя спешк-ха, — хрипло повторил старик, не акцентируя внимание на моей вспышке, — вызвала только больше подозрений. Надеюсь, ты не думаешь, что другие не смогут ничего понять?
— Может и смогут, — пожав плечами, ответил я, будучи все еще раздраженным. — Вот только доказать у них ничего не получится. А что такое подозрения без доказательств? Не более, чем сотрясание воздуха.
— Возможно, — не стал спорить со мной ректор Бан Арда. — Но можно ведь было провернуть все после Большого Сбора.
— И что бы это изменило? — отпивая вина, задал я риторический вопрос. — Да и ты сам не сказал мне, что планируется сбор. Впрочем, это уже не так важно. Что сделано, то сделано, и теперь придется плясать от того, что имеем.
Гедымдейт ничего не сказал, лишь молча приложился к своему кубку с вином.
Сам я мысленно вернулся к моменту, когда простое представление Капитулу превратилось в назначение меня одним из его членов. Что оказалось довольно неожиданным, отчего мне даже не пришлось изображать удивление.
