— А теперь давай посмотрим на тебя, — усмехнувшись, сказал я и простым движением руки заставил стол с прикованной к нему женщиной занять вертикальное положение и повернуться лицом к лаборатории, уставленной такими же столами. — Скажи мне, что ты видишь?
Обойдя стол со стороны, я схватил Агнесс за щеки и заставил смотреть на ее труды, параллельно снимая чары немоты. Встряхнув ее, я намекнул, что не стоит отмалчиваться.
— Л-лабораторию, — с трудом выдавила она из себя.
Отпустив ее, я вздохнул и прикрыл лицо рукой.
— Какая, к черту, лаборатория? — устало задал я риторический вопрос. — Трупы ты видишь, идиотка. Трупы людей, эльфов, низушков и даже вампира. И почему-то я уверен, что смерть их была далеко не из приятных. Так и что тогда получается? Ты у нас тоже монстр. Или чудовище? Или…
— Н-нет, — измученно выдавила Агнесс.
— Нет, — задумчиво повторил я за ней, прежде чем с отвращением продолжить. — Как же лицемерно. И ведь это у нас уважаемый член Капитула.
Встав напротив чародейки с изуродованным лицом, я задумчиво потер подбородок.
— Знаешь, чем мне нравятся ведьмаки? — внезапно спросил я, чем немного удивил женщину. — Они простые. Делают свою работу, получают за это деньги. И так снова и снова. Ведьмаки существуют для того, чтобы убивать чудовищ. И они оправдывают свое существование, убивая очередного василиска, грифона или дракона, что угрожали людям. Но что им делать, если настоящие чудовища, по сравнению с которыми даже дракон выглядит невинным щенком, бродят по миру, скрываясь за идеалами, верой или законом?
Ответа не последовало.
— Молчишь? — приподняв одну бровь, спокойно спросил я. — Ну молчи.
Развернувшись, я ушел к столу, на котором были свалены лабораторные инструменты, больше походившие на приспособления для пыток. Вновь начав копаться в этой куче, я продолжил говорить.
— Я не больше монстр, чем любой из вас, — проговорил я, взвешивая в руке орудие, больше похожее на тесак. — Наверное, даже меньше, чем любой другой, заседающий в Капитуле. Ну или, как минимум, я не лицемер и вполне способен признать свои… пороки.
Наконец-то подобрав подходящий инструмент, подобный клещам, я вернулся к прикованной к столу пленнице.
— Например, один из моих пороков, — с милой улыбкой начал я, поигрывая клещами. — Жажда к собирательству всего, что меня заинтересует. И так уж получилось, что меня очень сильно заинтересовало, что ты тут пыталась сделать.
С этими словами я свободной рукой с силой сжал ее щеки, заставляя раскрыть рот. В ее глазах отразилось понимание, за которым последовал страх. Она начала отчаянно дергать головой и что-то бессвязно мычать, тем самым оказывая сопротивление. Но, к сожалению для нее, у меня была куда больше сил.
Зафиксировав ее голову, я еще сильнее сжал руку и просунул клещи в открытый рот. Приметив один из зубов, я ухватился за него и резко дернул на себя руку с зажатыми клещами. Изо рта мне на лицо брызнула кровь, и в следующий миг лабораторию огласил громкий не то визг, не то вой, который сочился болью.
— Ты уж прости, — улыбнувшись, сказал я. — Я немного плох в ментальной магии. Поэтому придется по старинке.
Звук разбивающихся о скалы волн доносился до моих ушей, пока я шел вдоль каменного моста, соединяющего континент с островом Танедд. Позади меня была полуразрушенная магическая башня Тор Лара, построенная еще эльфами.
Сам остров Танедд походил больше на вколоченный в морское дно гигантский каменный столб, обвитый серпантином дорог, террасами и зигзагообразными лестницами. На террасах пестрели небольшие рощи и сады, из зелени которых вверх тянулись остроконечные башни школы магии для девочек — Аретузы.
Помимо башен можно было увидеть и стены замка Локсия — единственного доступного для посещения посторонними места, а также дворец Гарштанг, куда попасть уже гораздо сложнее. И дело все в том, что в последнем проводились заседания Совета и Капитула, а также Большой Сбор магов, на который мне, по счастливой «случайности», пришло приглашение.
— Вот не мог старик раньше предупредить, — раздраженно бормотал я, продолжая идти по мосту.
Гедымдейт связался со мной буквально через пару дней после того, как я вернулся в Ковир. На мое несчастье, к этому моменту я успел починить мегаскоп, поэтому сослаться на то, что я не получал послания, не вышло.
А ведь я мог спокойно продолжать разбор данных, которые получил в лаборатории Агнесс и от нее самой. Утверждая раньше, что нахождения в лаборатории будет достаточно, чтобы чародейку признали отступницей, я был более чем прав. Именно поэтому, после того как я закончил допрос по методу мистера Грея, мне пришлось замести следы своего присутствия, а также инсценировать все таким образом, чтобы у тех, кто нарвется на гробницу, сложилось впечатление, будто Агнесс убил вырвавшийся из оков вампир. Пришлось ради этого знатно побегать, чтобы найти второго вампира и запустить его гробницу.
