Слушая его, я продолжал следить за каждым действием градоначальника, но он выглядел расслабленно. Когда же ему осталось пройти пару метров до меня, он прошел мимо ростового зеркала, за которое зацепился мой взгляд.
Зеркало захватывало меня и приближающегося старика. И если к своему отражению у меня не было вопросов, то вот Броудс эти самые вопросы вызывал. Вся нижняя половина его тела была опутана теми самыми черными прожилками, что охватили город. Но не это было самым странным, а то, что буквально тысячи тонких нитей лезли из спины старика, устремляясь куда-то за пределы ратуши.
— Отражение, — проговорил я, чем заставил Броудса смолкнуть.
Он медленно повернул голову и тоже взглянул в зеркало, после чего тяжело вздохнул.
— Давно нужно было его отсюда убрать, — покачав головой, сказал он, после чего перевел взгляд на меня. — Зря ты решил в него посмотреть.
В следующий миг старик выставил перед собой руки. Сначала показалось, что ничего не произошло, но чувство тревоги взревело, словно сирена. Взглянув в зеркало, я увидел, как из рук старика вылетели нити и устремились ко мне.
— Отражение! — крикнул я ответ.
—
В следующий миг я резко отскочил в сторону и переместился в другую часть комнаты.
— Прыткий, как и всегда, — со злой улыбкой произнес старик, разворачиваясь ко мне.
Он вновь выставил перед собой руки. Я взглянул в сторону зеркала, надеясь увидеть атаку, но меня не было отражении. Пришлось уходить в сторону наугад и вновь перемещаться. Броудс вновь развернулся с выставленными вперед руками. В его глазах было торжество и удовлетворение.
Бросил взгляд в зеркало. Меня вновь нет в отражении. Ушел в сторону и попытался атаковать старика. Пламя, копье Тьмы, Завеса — все безуспешно. Старик начал смеяться и расправил руки в стороны.
Чувство тревоги взвыло с новой силой. Пинком я опрокинул стол и все, что было на нем, разлетелось по комнате. Взмах. Еда и предметы превратились во множество зеркал, которые позволяли мне увидеть атаку.
Нитей, направляющихся ко мне, стало больше. Они двигались медленно и словно опутывали пространство вокруг, отрезая мне возможность свободно перемещаться.
— Не бойся, старый друг, — вдруг заговорил старик. — Просто сдайся, и с твоей помощью я смогу принести стабильность в эти земли. Не будет больше воин между городами. Не будет смертей. Не будет вдов и сирот, потерявших родителей. Мы установим новый порядок. Под нашим контролем в этих землях наступит мир.
Нити приближались. Слова старика казались мне бредом сумасшедшего, но в них точно крылась разгадка. Вот только чтобы понять ее, мне нужно было время.
Оценив ситуацию, создал перед наступающими на меня нитями стену из Тьмы. Это не остановило их полностью, но слегка замедлило, что выиграло мне столь необходимое время.
Совмещая слова старика с увиденным в городе, я думал над отгадкой.
К этому времени нити практически проникли через стену Тьмы, которая изрядно ослабла. Я убрал ее окончательно и с интересом посмотрел на приближающиеся нити.
— Власть, — совершенно спокойно произнес я, дернув уголком губ в подобии усмешки.
Тишина. Нити замерли.
—
В следующий миг раздался хлопок, и мир померк, окутавшись туманом.
Аварис.
Окружающий мир померк и окутался туманом. Новые декорации не спешили появляться. Был только вездесущий туман и тени, которые то и дело мелькали на краю поля зрения. Я старался не обращать на все это внимания и терпеливо дожидался нового испытания.
Но, чтобы не терять времени зря, также я размышлял о том, что же было в первом испытании. На ум сразу пришел безымянный город, о существовании которого Гюнтер никак не мог знать. Как я уже успел выяснить, этот демон не мог выцепить образ из моего сознания. На моей защите не было ни единого следа от вторжения. И я не думаю, что Гюнтер настолько искусен в работе с чужим сознанием, что способен проникнуть в голову, как минимум, мастера и не оставить ни единого следа.
Поэтому, даже после первой загадки, рабочей теорией оставалось то, что мирок Гюнтера сам подстраивался под меня.
Вот только этому противоречило само наполнение этого мира. Оно было словно неполное, фальшивое и…
