Это было странное чувство, о котором я никому не рассказывала. Даже сестре. Зато я рассказала родителям, что каждый раз, когда я смотрю на браслет, перед моими глазами возникает образ мужчины. Темные волосы, голубые глаза, которые похожи на сияющие в небе огни, и веселая усмешка на губах — только так я смогла описать его внешность родителям. Но этого оказалось достаточно, чтобы отец заскрипел зубами и начал проклинать чародеев.
Только когда он успокоился, они с матушкой все же поведали нам историю появления этих браслетов. Отец сказал, что этот самый мужчина, чей образ мне видится, проклял нас троих и уверил, что браслеты сдерживают проклятие. Пока мы их носим, ничего не случится. Но стоит его снять дольше, чем на пару минут, — и нас будет ждать ужасная смерть.
Эта история сильно напугала Амавета и Фиону. Но это никак не помешало им меньше жаловаться на свои украшения.
Тем не менее я отчего-то не поверила ни единому слову родителей. Что-то внутри меня подсказывало, что все это не более чем страшная сказка. А может и вовсе байка, которая должна была напугать нас или привить нелюбовь к чародеям.
Почему-то я знала, что этот браслет — нечто большее, чем просто безделушка. Нечто куда большее, чем амулет, сдерживающий выдуманное проклятие. Нечто, что мне почему-то очень дорого. Нечто, от чего губы сами шептали странное слово: «Ави».
Интерлюдия. Адель (Амелия).
Темнело. Солнце уже садилось за горизонт, а я все еще была не дома. И это было большой проблемой, которая могла обернуться наказанием. Ведь если кто-то скажет, что королевских детей не наказывают, то он сильно ошибается.
Наказывают всех детей, а королевских — вдвойне. Ибо «надо думать о последствиях своих действий головой, а не задницей». По крайней мере, так всегда говорит отец.
Задумавшись, я одернула руку от задницы. Она еще помнила, чем закончилось прошлое наказание. Тогда я так же сбежала из замка в город и не успела вернуться до захода солнца. Меня хватились, и не прошло и часа, как меня доставили пред строгие очи родителей. Амавет и Фиона тогда злорадно хихикали, прячась за углом и наблюдая за наказанием.
Отбросив лишние мысли, я побежала в сторону усадьбы. Хотя почему-то все называли ее родовым замком.
Под ногами хлюпала грязь, пачкая и без того не самые чистые штаны до самого колена. Бежать от этого становилось только сложнее. Ноги то и дело скользили, и я могла в любой момент плюхнуться в грязь лицом.
Но, к счастью, добраться до ворот, ведущих в замок, удалось без проблем. Если не считать двух стражников, которые стояли на входе. Стражников, которые меня тут же сдадут отцу, если поймают.
— Черт, — выругалась я сквозь зубы, что явно было не характерно для дочки короля.
Я осмотрела себя. Во мне никак нельзя было узнать взбалмошную принцессу Адель. Поношенные штаны, в которых несколько раз латали дыры, грязная рубаха из грубой ткани и шапочка, которую я натянула до бровей, чтобы скрыть свои волосы. Я была больше похожа на какого-то паренька оборванца с улицы, но никак не на королевскую дочь. А это значило, что стражники, в лучшем случае, меня вышвырнут, если я попытаюсь прокрасться мимо них.
— Думай, думай, — нахмурившись, пробормотала я.
Пробраться обратно в замок можно всего двумя способами: через ворота или по стене. Главные ворота отпадали сразу, так как мимо стражников я проскочить скорее всего не смогу. Стена же еще более идиотский вариант. Год назад, когда я только начинала сбегать из дома, чтобы погулять по Вызиме, у меня уже была попытка залезть по стене усадьбы.
С задней стороны стены прилегают прямо к зданию усадьбы. Это был самый простой способ выбраться и потом вернуться в домой. По крайней мере, я так когда-то думала. Уверенности мне добавлял тот факт, что здание старое и на стене есть множество трещин, которые могли бы помочь забраться и спуститься по ней. И если со спуском проблем у меня тогда не возникло, то вот, забираясь обратно, я чуть не сорвалась вниз.
С тех пор повторять этот опыт мне как-то не хотелось.
Тем временем, пока я думала и нервно топталась на месте, у главных ворот вдруг началось какое-то движение. Стража внезапно куда-то ушла, и я, не веря своей удаче, уставилась на пустующие ворота.
У самых ворот я сбавила ход, вспомнив об осторожности и скрытности. Притормозив, я еще раз внимательно осмотрелась и, только убедившись в том, что никого нет, быстро побежала внутрь. По крайней мере, попыталась. Во время очередного шага одна ступня внезапно соскользнула, и мои ноги просто разъехались в стороны.
Я резко и с брызгами позорно плюхнулась задницей в грязь. Вдруг, словно этого было мало, из небольшой каморки, где обитают стражники, отвечающие за ворота, донесся шум. И вскоре из раскрывшейся двери вышел старый капитан стражи.
