В этот редкий солнечный день во внутреннем дворе крепости было довольно оживленно. Многие ведьмаки Школы Грифона уже успели вернуться с Большака и сейчас всячески пытались себя занять. Кто-то оттачивал свое мастерство, кто-то пытался оправиться от ран, полученных во время множества заказов. Некоторые же вовсе беспросветно заливались дешевой ржаной водкой и неизвестно, хотели они согреться или же просто забыться в пьяном угаре.
Немногие же ответственные ведьмаки, чьи навыки были признаны другими товарищами по ремеслу, занимались тренировками молодняка, что еще недавно прошли испытания травами. Они же занимались и размещением нового набора — юнцов, которым посчастливилось, или же нет, оказаться на пути какого-нибудь ведьмака. Эти ничего не понимающие мальчонки стали либо разменной монетой в одном из заказов, либо, в редких случаях, сами решились встать на путь убийцы чудовищ. Но ни те, ни другие еще не знали, какая участь их ждет и что далеко не каждый из них переживет процесс мутаций.
Им также было невдомек, что их судьба решается в одном из немногочисленных залов замка, где собрались все старшие члены Школы Грифона, во главе с их бессменным главой — Эрландом из Лаврика.
— Новый набор прибыл, — проговорил он, задумчиво поглаживая свою бородку и окинув взглядом всех присутствующих. — У всех все готово?
Глава Школы пользовался высоким авторитетом среди своих последователей, отчего к нему с уважением относились все присутствующие, некоторым из которых даже посчастливилось когда-то давно побывать учениками этого старейшего ведьмака. Того, кто был в числе первых созданных чародеями мутантов. Того, кто застал времена, когда Орден ведьмаков еще был един, а не грызся между собой за каждый заказ.
— Готово, — кивнул один из присутствующих ведьмаков. — Мясо размещено в казармах и ожидает своей участи.
Голос ведьмака был шипящим и, словно сталь, вынимаемая из ножен, сильно резал слух. Говоривший был немолодым мужчиной в возрасте с длинными, зачесанными назад волосами, среди которых явно прослеживалась седина. Его осунувшееся лицо украшала короткая бородка, а на лбу было несколько горизонтальных шрамов, которые, вероятно, оставила какая-нибудь тварь, встреченная на Большаке во времена юности ведьмака. Облачен он был, как и большая часть представителей Школы Грифона, в латы поверх поддоспешника, желтая ткань которого выглядывала из-под элементов брони.
— Кельдар! — прикрикнул на товарища другой ведьмак. — В который раз говорю, хватит называть так своих возможных собратьев.
Говоривший выглядел на порядок младше своего собрата по ремеслу, но это не отражало его истинного возраста. Лицо его не было осунувшимся, а наоборот выглядело вполне здоровым, как и сам ведьмак. Он был заметно шире в плечах и носил доспехи из махакамской стали, которыми очень гордился. Волосы его были русыми, коротко стрижеными и не несли и следа седины. Лицо не было изуродовано шрамами, что было редкостью среди ведьмаков. Зато его украшали густые добротные усы, которые этот ведьмак забавно топорщил, когда злился.
Названный же Кельдаром лениво повел головой в сторону товарища, который решился сделать ему замечание. Его усталый взгляд не выражал ничего, кроме снисхождения.
— Вот именно, что «возможных», — тихо проговорил он. — Когда пройдут все испытания, тогда и перестанут быть мясом. Так будет, пока я занимаюсь их подготовкой. Тебе ясно, Георг?
В помещении повисла гнетущая тишина. Другие ведьмаки не хотели рисковать и встревать в разборки между этими поистине легендарными личностями и только с надеждой смотрели на главу. Только он обладал достаточным авторитетом, чтобы заткнуть обоих.
— Хватит, — хлопнув по столу, не заставил себя ждать Эрланд. — Как бы не было прискорбно, но Кельдар прав. Этим юнцам еще только предстоит пройти мутации, и все мы знаем, что выживает от силы треть.
Присутствующие досадливо поморщились. Каждый невольно вспомнил свой путь становления ведьмаком. Как их еще мальцами восьми или десяти лет привели в крепость. Как их подвергли первому, и одному из опаснейших, Испытанию травами. Вспомнили, каким болезненным был процесс. Как по их венам впервые пустили элексиры, что вытесняли их собственную кровь и размягчали структуру организма, чтобы он был более податлив для дальнейших изменений. Вспомнили, как впадали в состояние, близкое к коматозному, но при этом продолжали все чувствовать. И как после чародеи говорили, что шансов выбраться из этого состояния крайне мало.
Действительно, всем был прекрасно известен этот прискорбный факт: из десяти подвергнутых Испытанию травами выживали не более трех-четырех юношей. Но процесс изменений не заканчивался только Испытанием травами, равно как и не заканчивался длинный и опасный путь подготовки новых ведьмаков, в ходе которого могли умереть или остаться калеками те немногие счастливчики, которым повезло пройти все мутации.
