Не сказать, что я чувствовал себя отдохнувшим после пробуждения, но дела насущные требовали моего внимания. И первым из них был Джон, который уже прибыл и ждал, когда я уже перейду к делу.
Находились мы в мастерской, где после моей охоты на быка прибавилось контейнеров и стало еще меньше места. Если так будет продолжаться, стоит озаботиться созданием склада.
— Уверен, — сглотнув, наконец-то решился друг и забрал из моих рук огромное кровоточащее сердце, пропитанное магией.
— Честно говоря, не знаю, как ты его съешь, — с сомнением сказал я, — Но если уж у старика получилось, то у тебя тоже должно выйти.
— Точнее войти, — нервно скаламбурил Джон.
Я слабо усмехнулся, отпивая кофе, который принес мне Шэд.
— Ты приступай, а я прослежу, — произнес я, делая очередной глоток из кружки.
Друг еще раз взглянул на сердце в своих руках и, закрыв глаза и резко выдохнув, словно ныряя в омут с головой, решительно вцепился зубами, отрывая первый кусок. Так, кусок за куском, он поглощал орган. Было видно, насколько ему тяжело это дается, не только физически, но и морально. Не каждый готов съесть сырое мясо, не говоря уже о сердце.
— Все, — сдавленно произнес Мур, стоило ему проглотить последний кусок, — Что дальше?
Он старательно сдерживал рвотные позывы.
— Дальше? — повторил я за ним, улыбнувшись и сделав очередной глоток кофе, — Дальше просто ждем.
Он недоуменно посмотрел на меня, наверняка думая, что я рехнулся. Но, к несчастью для него, я был в своем уме.
— Ах, да, — вспомнил я одну важную деталь, заставив друга посмотреть мне в глаза, — Будет больно.
После моих слов Джон рухнул на пол и закричал. Я поспешно наложил заглушающие чары и стал пристально следить за трансформацией подчиненного, активировав истинное зрение.
Сразу можно сказать, что в магическом плане он приобрел не столь много, но если будет усердно трудиться, то добраться через несколько лет до уровня достаточно сильного мастера сможет запросто.
Куда больше изменений претерпело его тело. Так, относительно невысокий Мур стал значительно выше и раздался в плечах. Весь процесс был далек от приятного, так как стремительный рост провоцировал множественные разрывы мягких тканей с последующей их регенерацией. Суставы смещались и вновь вставали на место. Все это сопровождалось безобразными волнами по всему телу Джона и его криками боли.
В мышечной массе он также прибавил, но это не так бросалось в глаза, как его рост. Теперь он был одного со мной роста. Волосы его приобрели золотистый оттенок, как у шерсти Ре-Эма. Не удивлюсь, если теперь его кровь обладает схожими с кровью быка свойствами.
Иных изменений удалось избежать, хотя на стадии роста костей я гадал, вырастут ли у него рога. Но обошлось без столь экстравагантного элемента.
Когда все закончилось, Джон обессилено потерял сознание прямо на полу, где и лежал.
— Шэд, — позвал я, снимая заглушающие чары.
— Слушаю, хозяин, — сказал домовик, моментально появившийся рядом.
— Перемести его в гостевую спальню, — сказал я, кивая на бессознательного Мура, — И приготовь плотные обед к его пробуждению. Ему это точно понадобится.
— Будет исполнено, хозяин, — поклонившись, произнес эльф и приступил к исполнению поручения.
Я же собирался вернуться к своим делам, но глаз зацепился за большие колбы с кровью Ре-Эма. Не знаю, сколько времени я завороженно смотрел на красную жидкость, но мою голову стали посещать безумные мысли.
***
Аварис.
Прошел целый год с того момента, как я провел успешную охоту на Ре-Эма. Казалось бы, год — такой существенный промежуток времени, но я не успел оглянуться, как он уже прошел. Думаю, все дело в том, что я не позволял себе погрузиться в рутину, поэтому время пролетело незаметно.
Прошедший год был наполнен различными событиями.
Мне пришлось примерить на себя роль молодого отца, принимая активное участие в воспитании детей. Каждый ребенок воспринимал меня по-разному. Гарри упорно продолжал называть меня «папой», чем вызывал умиление у всех домашних, кроме Бродяги, который приходил проведать крестника.
Блэк все пытался доказать ребенку, что если уж кого и называть «папой», то только его. Аргументировал Сириус свою позицию тем, что именно он является крестным отцом. Единственное, чего он смог добиться, это первого выброса магии от разозлившегося Гарри. Малец с криком «не обижай папу!» заставил Бродягу облысеть. Ситуация забавная, но ведь с тем же успехом он мог, вместо волос, заставить исчезнуть всю голову. Мне кажется, тогда Блэк впервые подумал о собственной безопасности, потому что после этого случая он перестал пытаться что-либо доказать крестнику.
