Алчность. Жажда магии полностью

— Даже ребенок справился бы, — проговорил я, отряхиваясь от пыли и подходя к мертвой туше.

Последние конвульсивные движения уже закончились. Змей лежал без движения. Теперь мне предстояла самая сложная задача — вырвать сердце этой твари. Основной проблемой в этом процессе было пробить его толстую шкуру, практически невосприимчивую к магии. На пробу придал руке истинный облик когтистой лапы, чтобы попытаться оторвать кусок змеиной кожи, что, на удивление, получилось достаточно легко.

— Похоже, ножи теперь не нужны, — сказал я, задумчиво разглядывая свои когти и примеряясь к трупу василиска, — А теперь вспоминаем уроки анатомии…

В итоге, исполосовав первую треть тела змеи, я был вознагражден кровоточащим сердцем в руках. Размеры его были под стать василиску — колоссальный кусок плоти.

— А ведь я хотел отдать тебя Гарри, — проговорил я, примериваясь, как лучше начать поедать орган, — Но мне сейчас нужнее.

Наконец-то, собравшись силами, я сделал первый укус. Кровь полностью залила мой рот и начала стекать по одежде, заставив меня досадливо поморщиться. Острые зубы впивались в плоть и отрывали кусок за куском, которые я глотал, практически не пережевывая. В какой-то момент, когда от сердца осталась всего треть, почувствовал, что желудок переполнен. Но доесть сердце было необходимо.

«Главное — не вырвать», — подумал я с набитым ртом, через силу глотая последний кусок.

Какое-то время я не чувствовал ничего, кроме переполненного желудка. Но первые изменения не заставили себя долго ждать. Все началось с зуда по всему телу, словно под кожей что-то начинало расти. Безумно неприятное ощущение, которое приходилось терпеть.

Постаравшись взять все изменения под контроль с помощью метаморфизма, я поспешил к выходу. С тем, что я получил от василиска, кроме небольшой прибавки к силе, придется разбираться на ходу.

Уже подходя к стене, в которой был выплавлен проход, я остановился и посмотрел на тушу василиска. Ошметки мяса и других внутренних органов были разбросаны на несколько метров вокруг трупа. Было больно смотреть на такое расточительство.

— Я не могу так, — в отчаянии сказал я, развернувшись и поспешив к мертвому змею, — Хотя бы яд соберу.

***

Чтобы выбраться из этих чертовых катакомб, пришлось воспользоваться крыльями Тьмы. По возращении в туалет Плаксы Миртл я стал счастливым обладателем целой пинты первоклассного яда. Чтобы сохранить его свежеть, пришлось на скорую руку смастерить емкость и зачаровать ее.

— Салазар точно был больным, — ворчал я, продвигаясь по коридорам замка прямиком к выходу, — Создать целое скрытое помещение с системой чар ради одной жалкой змейки. Это насколько надо любить своего питомца, чтобы смастерить такое?

Хоть я и ворчал на сумасшедшего основателя, но головой я понимал его. Бран так вовсе уже практически поселился в моем домене, «вылетая», только когда для него были особые поручения. К тому же, мне было интересно, что станет с птицей после долгого пребывания в месте, где находилась такая высокая концентрация Тьмы.

Проходя мимо дверей, ведущих в Большой зал, пришлось откинуть посторонние мысли. У входа в зал стояло несколько авроров, которые сейчас удивленно провожали меня взглядом.

«Министерские когда успели появиться?» — подумал я, с невозмутимым лицом проходя мимо стражей порядка.

Похоже, я провел в Тайной комнате значительно больше времени, чем планировал изначально. Это подтверждало как наличие авроров на территории школы, так и прекратившиеся атаки.

— Интересно, — задумчиво протянул я, распахивая двери, ведущие во внутренний двор замка.

Здесь было не протолкнуться от людей. Большое количество работников министерства мельтешило перед глазами, разбивая временный лагерь. Многие удивленно провожали меня взглядом, что начинало немного раздражать. Благо, мое скитание оказалось недолгим, и я встретил знакомые лица. Лица тех, кого бы я лучше не видел, и тех, кого здесь быть не должно.

У самого входа во внутренний двор стоял Дамблдор в компании деканов и беседовал со Скримджером, рядом с которым стояла… Амелия.

«Какого черта она здесь делает», — удивился я и решительно направился к этой компании.

По мере приближения я смог расслышать, о чем идет речь.

— Вы, похоже, чего-то не понимаете, директор, — цедил слова Руфус, мрачно смотря на Альбуса, — Это даже не террористы, а сумасшедшие фанатики.

— Я уверен, вопрос можно решить мирным путем, — гнул свою линию старик, продолжая быть уверенным, что этим жестоким миром правит любовь, — Переговоры…

— Они не идут на переговоры, — перебил директора глава ДМП, — Да и какие переговоры с фанатиками. Тем более, что среди них была замечена личность, подозрительно похожая на Воландеморта.

Директор моментально стал серьезным, стоило ему только услышать о Реддле. Чего бы старик не задумал, главное — не дать ему это осуществить.

— Какой чудесный день, господа, — громко сказал я, подходя к беседующим, — И дамы.