— Я не знаю провинции, поэтому мне сейчас трудно судить. Но я бы встретил их где-нибудь на полпути на удобных позициях, чтобы им меня было трудно обойти. Раз там мало лесов, можно прикрыть фланг рекой или оврагом. Это надо смотреть и готовить заранее. Укрепить позицию, а потом заманить на нее их армию. Мимо они все равно не пройдут. Дадим крупное сражение, а там будет видно. Сейчас просто трудно прогнозировать результаты. В любом случае мы изрядно сократим их численность, а остановим или нет я сейчас сказать не берусь. Если не остановим, то будем отступать до лесов. А там станем, и никуда они дальше не пройдут. Осенью связь с Империей прервется, а мы постараемся из тех мест, где они будут кормиться, увести всех людей, вывести или сжечь продовольствие и угнать скот. Вот тогда я посмотрю, как они повоюют на пустой живот. Если завести им в тыл кавалерию, и с ее помощью убирать или уничтожать все запасы пищи в направлении возможного отступления к морю, можно победить без всяких генеральных сражений. Знаете, сколько продовольствия нужно для пятидесяти тысяч солдат? А не поев, человек уже на третий день начинает слабеть.
— Наверное, они не дураки и должны это сами понимать, — неуверенно сказал Лантар.
— Если подстрахуются, будут устанавливать резервные запасы продовольствия и отряды для их охраны, — согласился Сергей. — А нашей задачей будет все это ликвидировать. Но вполне могут этим не озаботиться. Самоуверенность, подкрепленная силой, плюс пренебрежение к дикарям, у которых даже нет сильной королевской власти. Скажете нет? Они ведь всю свою историю воюют вблизи своей территории и ни в чем не испытывают недостатка.
— Интересный подход к войне, — заметил граф. — Побеждать врага не в сражении, а через желудок.
— Мне все равно что их сломит, — сказал Сергей. — Наши мечи, мои сюрпризы или голод. И голод — более желательный вариант, при котором у нас с вами будет меньше потерь.
— А если они все-таки будут наступать по тракту? — спросил граф.
— Я предусмотрел и этот вариант, — ответил Сергей. — В удобном месте сделаю хорошие укрепления, оставлю пяток баллист и тысячу бойцов. И пусть наступают, сколько хотят.
— Любым лесом можно пройти, — заметил граф.
— Во-первых, не любым. Там есть места, где человек может пробираться с большим трудом. Во-вторых, легко устроить засеки. Да и арбалетчиков у меня там будет достаточно. Сам тракт при наличии хороших укреплений и моих сюрпризов вполне могут оборонять пять сотен хороших воинов. А остальные перебьют тех, кому посчастливится выйти из леса. В крайнем случае пошлют гонцов в Ордаг. Я столицу в любом случае без защиты не оставлю. Отсюда выйдет отряд, который поставит еще одно укрепление. А пока его будут штурмовать, подоспею и я с армией.
— Я к чему завел этот разговор, — сказал Аленар. — Вашу армию нужно будет перебазировать ближе к месту будущих боев. И не тогда, когда они начнутся, а заранее. Раз Ингар отпадает, мы для вас построим что-то вроде ваших лагерей или в провинции Рошти, или у Бенитара. Не все же вам одному тратиться. Тогда с началом весны туда надо будет по частям перебрасывать ваши полки. К концу весны мы закончим строительство, и все ваша армия будет на месте.
— Я только «за». Хочу добавить, что кого-нибудь из моих полковников надо будет вывести под хорошей охраной в провинцию Ингара, естественно, не ставя об этом герцога в известность. Надо хорошо изучить ту местность, где придется воевать. К тем картам, которые у меня есть, у меня нет никакого доверия. Если все, пойдемте в мои апартаменты. Там у меня для вас тоже маленький сюрприз.
Из-за приезда гостей Сергей отменил сегодня занятия для старших, поэтому их, помимо Альды, встретили и Камил с Лани.
— Познакомьтесь с этим юношей, господа! — сказал Сергей герцогу с графом. — Это принц Камил Барни. Это и есть тот сюрприз, о котором я вам говорил. Моих близких вам представлять не нужно.
— Рад приветствовать наследника Барни! — сказал Аленар. — В каком качестве вы здесь присутствуете?
— Я на правах сына отдан на воспитание герцогу Аликсану, — выдал мальчишка, поразив обоих гостей.
Время до обеда провели вместе. Герцог Лантар вспомнил, что кто-то ему говорил о новых музыкальных инструментах у герцогини Аликсан. Принесли гитару, на которой сначала сыграла Лани, спев «Голубку» на русском языке, а потом ее взял Сергей и исполнил «Надежду».
— Это ваш родной язык? — спросил граф Сергея. — Звучит очень красиво и необычно. И музыка замечательная, особенно на этом инструменте. Вы не могли бы сказать о чем эти песни?
— Первая, которую пела сестра, говорит о любви девушки к капитану корабля, — сказал Сергей. — Я пробовал переводить текст, но, к сожалению, в переводе пропадает все очарование песни. А вторая… Здесь сложно рассказать в двух словах. Здесь и любовь, и трудная судьба, и надежда, которая путеводной звездой светит людям.
— Я вам завидую, Серг! — сказал Аленар. — У вас трудная, но очень необычная судьба…
