Одичалый в последний момент замечает приближающуюся смерть, не успевая увернуться от впивающейся в горло пасти. Аллая жидкость фонтаном вырывается наружу. Болевой скулеж резко обрывается, глаза одичалого закатываются, грудь вздымается последний раз и опадает.
Альдери по инерции делает еще один шаг назад и спотыкается об что-то мягкое и теплое. Кто-то влажным носом возвращает ей устойчивость. Мокрый след чувствуется на бедре как выженное клеймо.
От шока замирает, боясь повернуться назад. Мыщцы в десятый раз каменеют. Палка зависает в воздухе, Альдери не решается сделать лишнее движение. Спазмированное тело заморозилось, а глаза непрерывно смотрят на Раймонда, который в этот момент переключается на оставшихся участников битвы. Те готовятся к новой атаке, но без явного энтузиазма.
Позади себя слышить легкое дыхание и шелест сминаемой травы. Сердце заводится в бешеном ритме, превышая все допустимые нормы. Перед глазами искрят разноцветные вспышки, а пальцы сильнее сжимают сомнительное орудие, которым готовится нанести отпор. Слишком много эмоций для последнего получаса.
Альдери заторможенно разворачивается, готовясь к вероятной схватке. Краем глаза успевает заметить только черную гору шерсти, которая вальяжно проплывает мимо неё в сторону событий. Круговые пятна застилают передовую, девушка слабо разбирает движущийся силуэт. Он по-королевски неторопливо подходит к дерущимся волкам и одним движением срывает с Раймонда одного из нападающих. Так же лениво подходит к отброшенному волку и стальным захватом размеренно загибает голову назад, ломая шею. Треск костей на повторе играет в голове девушки.
Ей бы впору радоваться от подоспевшей помощи, да только горестно плакать хочется.
Рамир расправляется с одним из нападавших и оставляет Раймонда уделывать последнего. Медленно разворачивается и неспешным ходом направляется прямо на Альдери. Взгляд мечет молнии, черная шерсть лоснится под лучами светила, мыщцы буграми перекатываются под мастью. Весь его облик говорит о тотальном сдерживаемом гневе.
Только Альдери ни капли не боится его. Надо будет — и в новую схватку кинется. Терять ей нечего.
Лирый волк приближается, а девушка не сводит взгляда с его наступательных движений. Поступь царя могла бы завораживать, и заставлять девичье сердце биться чаще, только нашей девушке не интересен данный властитель. Её сердце может заводится только от гнева при виде его. Но в этот час и гнева нет. Она равнодушно дожидается прибытия давнишнего врага.
Подходя ближе, вырастает перед ней в человеческой форме, сокращая расстояние до минимума. Глаза полыхают золотым огнем, со смуглой кожи сбегают влажные дорожки. Он припечатывает девушку к позади-стоящему дереву и переносить крепкую руку на подбородок Альдери, сжимая мертвым хватом.
— Кто это с тобой? — С плотно сжатых губ слетают обманчиво-спокойные слова, золотые глаза пронизывают отдаленные клетки.
— Друг, — ровно произносит Альдери и приподнимает бровь. Ей бы взбесится сейчас от его тяжелых прикосновений, да только нрав почему-то не бунтует. Снуло рассматривает золотистые крапинки в горящих глазах. Запах просачивается в закаулки нутра, зверь тихонько возиться в груди.
Рамир молча водит взглядом по лицу девушки, ожидая продолжения. Гнев внутри гремит, армейская выдержка позволяет сдерживать рвущуюся лаву. Глаза непроизвольно соскальзывают ниже, цепляя полные приоткрытые губы. Сражаться с собой становится труднее, когда до соприкосновения отделяет пара сантиметров. Её запах будоражит, ставя под сомнение железное терпение. Желание овладеть своей территорией настойчивее курсирует в воспаленном мозге. Её грудь мерно вздымается под его рукой, теплая кожа норовит дать трещену солдатской закалке. Долгожданные минуты.
Альдери будто считывая мысли парня, руками упирается ему в грудь и голосом возвращает на землю:
— Отойди от меня! — Голос звучит бойко, Рамир возвращает глаза на место, попадая в коньячный омут.
Волна разражения отзывается в груди, он сильнее вжимает тело девушки:
— Только после твоих объяснений, — тихо шипит в приоткрытый рот.
Жар разливается в теле Альдери, она пугается своей реакции на этого борзого парня, сильнее упирается в голые горячие плечи, ногти вонзаются в напряженные мыщцы:
— Каких объяснений ты ждешь от меня? Я не должна перед тобой отчитываться! Ты мне никто!
— Я твоя пара, — Рамир перемещает руку на шею девушки и большим пальцем приподнимает подбородок. Открыто наслаждается теплой нежной кожей. — И ты будешь передо мной отчитываться. Я достаточно терпел твои выпады. А теперь отвечай, какого хера ты тут делаешь, подставляя свою жизнь опасности и таскаясь рядом с одиночкой!
Альдери впивается когтями в натянутую шею истининого и упрямо молчит.
— Альдери, не усложняй. Следующим шагом я засуну свой язык в твой рот и дам волю рукам. Мне будет в большой кайф трахать тебя на этой поляне при зрителях. На нежность можешь не рассчитывать.
