Алекс & Элиза полностью

Стивен отложил вилку и прямо посмотрел на Анжелику.

– Я приехал повидать мисс Пегги.

– И?.. – Анжелика поджала губы и склонила голову набок, словно умоляя сообщить ей подробности.

– И все.

Стивен взял вилку и вернулся к ужину.

Анжелика промокнула губы салфеткой.

– Боже мой, Стивен. У вас талант заканчивать беседу – не так ли, Пег?

Пегги зыркнула на сестру, когда среди гостей прошел насмешливый шепоток.

Тетя Гертруда поднялась, чтобы прервать неловкую паузу.

– Может быть, пора подавать сладкое? – Она позвонила в крошечный серебряный колокольчик, чтобы позвать Луизу. – Кому подать кофе к десерту?

Как только тарелки были убраны, Пегги повернулась к тете с просьбой.

– Тетушка Гертруда, ужин был великолепен, и всем известно, что твоя кухарка славится своими десертами. Но не могла бы ты извинить меня? – Пегги поднялась с места, глядя на Анжелику сузившимися глазами. – Я слегка замерзла.

Стивен неловко поднялся и отодвинул ее стул.

– Спасибо, Стивен. Может, мы с вами выпьем кофе у камина в гостиной?

– Конечно, мисс Пегги, как пожелаете.

Стивен повернулся к тетушке Гертруде и отвесил ей поклон. Элиза заметила, что на макушке волосы у него начинают редеть, и внутри нее проснулось сочувствие к юноше. Иногда Анжелика слишком уж напирала.

– Миссис Кокран, – чопорно сказал он, – я очень признателен вам за достойный ужин.

Он подвинул пустые стулья к столу и последовал за Пегги в гостиную.

Тетушка Гертруда смущенно посмотрела на Элизу с Анжеликой.

– Он не особо умеет вести светскую беседу, не так ли?

Элиза, не унывающая в своей прагматичности, сказала:

– Возможно, Пегги видит в нем что-то, чего не видим мы.

– Определенно, – сухо согласилась Анжелика. – Он родом из одной из самых состоятельных семей штата Нью-Йорк.

Изящная колкость Анжелики заставила уши Алекса запылать. Можно ли и его заподозрить в расчетливости, если вспомнить о чувствах к Элизе, второй дочери генерала Скайлера?

– Тем не менее, Анжелика, дорогая, – мудро заметила тетя Гертруда, – достаточно ли этой причины, чтобы оказаться на всю жизнь привязанной к молчуну?

Алекс заметил, как поморщилась Анжелика. Ему показалось, что ее ответ был окрашен неприкрытой горечью.

– Ну, – сказала та, – я, например, считаю, что они будут идеальной парой – он послушен, как овца, а из Пег выйдет прекрасная пастушка.

Нервный смешок прокатился по залу, а затем разговор быстро свернул к последним скандальным сплетням Морристауна.

Алекс заметил, что Элиза хранила молчание, не желая смеяться над недоброй шуткой.

«Значит, –  подумал он, – в этой груди бьется сердце более мягкое, чем у черствой Анжелики».

Ему внезапно стало жарко в комнате, и полковник, извинившись, вышел из-за стола, сказав, что хочет подышать свежим воздухом.

Он вышел на крыльцо и сделал пару глубоких вдохов, чувствуя, как болят щеки от улыбок, которые он целый вечер обращал к Элизе Скайлер. Его заметно беспокоило, что ее положение в обществе настолько выше его собственного, что глупо было даже мечтать об ухаживаниях.

Уйдя в свои мысли, он не заметил, как Стивен ван Ренсселер с пылающим лицом прошел мимо и скрылся за углом.

Следом за ним спешила расстроенная Пегги. Заметив Алекса, она остановилась.

– О! Полковник Гамильтон.

– Все в порядке, мисс Скайлер?

Она кивнула, но затем передумала и покачала головой.

– Нет, Стивену не понравились шутки Анжелики, – призналась она. – Иногда моя сестра бывает намного язвительнее, чем нужно для блага окружающих и ее собственного.

– Она просто старается вас защитить, – утешающе заметил он. – Со старшими сестрами такое часто бывает.

Пегги выпрямилась во весь рост.

– Может, и так, – сказала она. – Посмóтрите, когда придет ваша очередь.

Он поднял брови, не зная, что на это ответить.

– Я вас перебила, прошу прощения, – смутилась Пегги.

– Не нужно, – заверил он. И добавил после короткого молчания: – Знаете, может быть, если вы скажете сестрам, что испытываете к этому юноше, они станут внимательнее к нему и к вашим чувствам.

Пегги посмотрела на него оценивающе, словно видела впервые.

– Спасибо, полковник. Возможно, я воспользуюсь вашим советом.

Когда Алекс вернулся к гостям, тетушка Элизы уже стояла во главе стола.

– Замечательно, – объявила она. – Десерт ждет.

Лоуренс обошел вокруг стола и хлопнул Алекса по плечу.

– Ну, Хэм, что думаешь насчет моего плана освободить тех рабов, кто готов сражаться за независимость нашей страны? Мы можем забрать их с полей и дать возможность жить как люди. Освободить их и научить стрелять из ружей, платить за службу, как солдатам! Только представь, как быстро пополнятся наши ряды!

Выросший в Вест-Индии Алекс ненавидел рабство и все сопутствующие ему мерзости, свидетелем которых был. Он восхищался своим другом-южанином за приверженность тем же идеям, несмотря на то что тот происходил из семьи, которая нажила состояние на торговле рабами.