Александр Македонский и Атропат полностью

А. Босворт делает попытку разобраться в прецеденте, когда Курций и Арриан об одном и том же действии (назначении сатрапа в Мидию) упоминают разные имена: Арсак и Атропат. Никак не могу согласиться с мнением А. Босворта, который говорит, что у Курция и в данном случае «как всегда его текст искажен». Саму ошибку А. Босворт объясняет тем, что якобы имя Арсак запечатлелось в памяти Курция так сильно, что он не мог его заменить на «смутно знакомое имя Атропат» [Bosworth, 1981. Р. 20–23]. Думаю, во-первых, Курций не заслужил того, чтобы весь его текст признать искаженным. Во-вторых, для Курция все персидские, мидийские, согдийские, сако-скифские и другие местные имена, возможно, были в равной степени смутны, вряд ли он мог бы отдавать предпочтение одному из них в ущерб другому. Об эмоциях Курция не может быть и речи, так как в этом предложении, где говорится об Арсаке, Курций Руф правильно упоминает несколько местных имен: Фрадат, Арсам, Оксидат, Мазей и др.

Таким образом, мы считаем, что Курций Руф не ошибся, Арсак и Атропат — один и тот же человек. Если признать, что Арсак и Атропат — это один и тот же человек, тогда возникает вопрос: чем была вызвана необходимость называть одного и того же человека в одном случае Атропат, а в другом Арсак?

В источниках, касающихся периода Александра Македонского, имя Арсак упоминается трижды у Арриана (применительно к сатрапии Ария), а в четвертый раз у Курция Руфа, в связи с Мидией. Упоминания происходят, когда Александр «сатрапом ариев назначил Арсака», когда Александр «отправил к ариям одного из своих сотрудников Стасанора, приказав ему арестовать Арсака, сатрапа ариев (ему казалось, что Арсак злоумышляет против него), и занять его место», в третий раз, когда Александр находился в Зариаспе (столица Бактрии), ранее отправленный к ариям для поимки Арсака, Стасанор «Арсака привел в цепях… привели и некоторых других участников восстания Бесса» [Arr. An., III, 25, 7; III, 29, 5; IV, 7, 1]. В четвертый раз упоминается у Курция Руфа, который сообщает, что «Арсак был послан в Мидию, чтобы заменить там Оксидата» [Curt, VIII, 3, 17]. Именно об этом же событии Арриан пишет, что «к мидянам (отправил) на сатрапию Атропата, так как Оксидат, по его мнению, против него злоумышлял» [Arr. An., IV, 18, 3].

Мог ли Александр Арсака, который был снят с должности сатрапа, приведенный к нему в цепях, назначить на такую важную должность, как сатрап Мидии?

В принципе, конечно, мог, если учесть, что время было такое, когда динамично менялась и ситуация, и мнение о людях. Ведь Александр назначил Мазея сатрапом Вавилона буквально через несколько дней после того, как между ними, в Гавгамелах, была кровавая битва. Сатибарзана, убийцу Дария, он назначил сатрапом в Арию, хотя за месяц до того считал, что уничтожит всех, кто посягнул на жизнь Дария. По Арриану, именно Сатибарзан нанес смертельные раны Дарию [Arr. An., III, 21, 10]. Он не только не был наказан, но и назначен сатрапом. При этом обращаем внимание на формулировки, которые сопровождают снятие с должности Арсака и Оксидата. Отношение Александра к Арсаку основывается на том, что «ему казалось, что Арсак злоумышляет против него», а к Оксидату, снятому с должности сатрапа, что «Оксидат, по его мнению, против него злоумышлял». Из этих определений исходит, что в части Арсака Александру всего лишь «казалось», а в случае с Оксидатом у Александра было «мнение», возможно, уже сформированное. Твердой уверенности в неверности Арсака не было, имелись только подозрения, которые были достаточны для смещения его с должности сатрапа [Кошеленко, Гаибов, 2007. С. 208–209, 213] и не более.

Александр внимательно изучал у Аристотеля искусство задавать вопросы. Умение правильно ставить вопрос сослужило Александру неоценимую службу в походах. Александр овладел навыками отбора фактов и выявления закономерностей; он научился принимать во внимание многообразие источников, ситуаций и действующих лиц. Он, собирая информацию и принимая решения, вынужден был полагаться не только на своих людей, но и на тех, кого покорял, умел так сформулировать вопрос, чтобы по ответу понять, можно верить данному человеку или нет [Парта Боуз, 2005].

Возникает естественный вопрос: как соотносятся сроки назначения и снятия Арсака с должности и назначения Атропата, допускают ли эти даты синхронность событий?