Александр Македонский и Атропат полностью

Процесс по подозрению и оправданию Арсака выглядел следующим образом. Убийца Дария, Бесс, и подозреваемый в сотрудничестве с ним сатрап Арии Арсак по указанию Александра были задержаны, приведены к нему и допрошены. По итогам допроса источники сообщают решение Александра о казни Бесса, но ничего не говорят относительно Арсака. По всей вероятности, в результате допроса у Александра развеялись подозрения, и он убедился в невиновности Арсака. Относительно форм наказаний, применяемых Александром, источники сообщают лишь о казни и ничего не говорят о «тюремном заключении». Арсак не был казнен, а о его тюремном заключении нам ничего не известно. Это означает, что Арсак находился под наблюдением или же, согласно современной терминологии, в «кадровом распоряжении Александра». Убедившись в его невиновности, Александр думал об его использовании. Реабилитация Арсака реализовалась тогда, когда Александр решил уволить Оксидата с должности сатрапа Мидии. Смена и назначение Атропата сатрапом Мидии — это еще один пример того, как быстро царь может заменить наместника, если он нашел на должность более подходящую кандидатуру [Hyland, 2013. Р. 125].

Мы с уверенностью можем сказать, что у человека, который был назначен, а затем снят с должности сатрапа Арии, а впоследствии (как говорит Курций Руф) был назначен сатрапом Мидии, Арсак было имя собственное. Мы не первые, кто так считает. Такое мнение и до нас высказывалось в науке [Ямпольский, 1955. С. 216]. Атропат, о ком говорит Арриан, был его титул, являвшийся легитимным лишь в тех случаях, когда он занимал династическую должность в Мидии. Поэтому источники его называют Атропатом в тех случаях, когда он занимает должность именно в Мидии или Атропатене, и Арсаком, когда он находится вне государственных структур или же занимает должность сатрапа в иных регионах, например в Арии.

Важно подчеркнуть, что в обоих случаях — как с основоположником Парфянского царства, о котором говорит Страбон, так и с именем собственным мидийского сатрапа времен Александра Македонского, — носители имени Арсак являлись этническими скифами.

Таким образом, становится ясным, что исследуемый нами мидийский сатрап в александровских первоисточниках в зависимости от времени и места его деятельности проходит под двумя именами: Атропат и Арсак. Установление этого вопроса дает нам основание восполнить пробел в биографии Атропата в период с октября 331-го по 328 г. до н. э. Что касается происхождения имени Арсак, то следует напомнить, что оно присутствовало у парфян, которые, по существу, имели скифское происхождение. О скифском происхождении парфян сообщают источники: «Арсак, скиф, вместе с некоторыми из даев, так называемых апарнов, кочевников, живших по реке Оху, напал на Парфию и завоевал ее»; «От этих скифов, говорят, ведет свой род Арсак» [Strabo, XI, IX,24; XI, IX, 3]; «парфяне, вышедшие из Скифии» [Curt, IV, 12, 11], «парфянское царство основали скифы», там же говорится, что «парфяне… произошли от скифских изгнанников» [Justin, II, 1, 3; II, 3, 6; XLI, 1, 1].

О прямых родственных связях Арсака мидийского и Арсака парфянского говорить не представляется возможным. Но одно ясно, что Арсак мидийский и Арсак парфянский имели скифское происхождение.

В Гавгамельской битве, оказавшейся решающей в судьбе Ахеменидской империи, Атропат командовал мидянами, вместе с которыми были кадусии, албаны и сакесины [Arr. An., III, 8, 4]. Мидийцев в Гавгамелах было «10 тысяч всадников и 50 тысяч пехотинцев», «50 серпоносных колесниц», мидийская конница стояла сразу за Дарием [Curt, III, 2, 4; III, 12, 12; III, 9, 1–5]. В середине сражения Александр послал в наступление свою кавалерию: она устремилась непосредственно к Дарию. Царь Дарий, как и в предыдущей битве, запаниковал, бежал с поля боя, хотя его отряды ещё сражались и исход сражения был вовсе не определён [Bosworth, 1994. Р. 814]. Александр в свою очередь решил преследовать его. Однако на следующий день, когда Александр подошел к ближайшему значительному городу Арбелам, оказалось, что Дарий изменил свой маршрут. Он в сопровождении части своей армии, высокопоставленных сторонников, в том числе ближайшего родственника, сатрапа Бактрии Бесса, сатрапа Арии Сатибарзана, руководителя мидян Атропата [Дройзен, 2011. С. 230, 231], а также наемников, свернул с основной дороги и направился в Мидию. В Мидию Дарий бежал потому, что, по его расчетам, Александр после сражения направится в Сузы и Вавилон: места там сплошь заселены; дорога для обоза нетрудная, а Вавилон и Сузы представляются, конечно, наградой за невзгоды и трудности войны. В Мидию же пройти большому войску трудно [Arr. An., III, 16, 2].