— Я сам лично не видел, но по рассказам тех людей, кто их видел и даже общался, на крестьянок они не похожи. Высокие, красивые, холёные. У старшей волосы светло-русые, а у младшей темно-русые. У обеих голубые глаза. Младшей Елене 19 или 20 лет. Александра, старше сестры на два-три года. Вполне возможно, что ты их мог видеть ещё маленькими. Вопрос когда именно и где? Ответим на этот вопрос, узнаем, кто за ними стоит. Кто их укрывал и кто им покровительствовал.
— Да мало ли кого я в своей жизни видел? Я что, должен их всех помнить?.. Ладно, это отложим. Я подумаю. Георг, а скажи мне, что это за история с ливонским ландсгерром? — Максимилиан очень внимательно смотрел на маркграфа.
— О каком именно ландсгерре идёт речь? Их там много.
— Георг, ты прекрасно знаешь о каком. Фон Дениц.
Имперский князь кивнул. Сделал ещё один глоток из кубка.
— Ульрих фон Дениц. Владетельный синьор на востоке Ливонского ордена. Осенью его замок был захвачен руссами. Но, Максимилиан, сведения оттуда поступают противоречивые. Но ты и так всё знаешь?
— Нет не всё. Ты прав сведения противоречивые. И ливонцы не горят желанием об этом говорить. Поэтому Георг, я хочу от тебя услышать, твою версию?
— Замок хорошо укреплён. Гарнизон больше сотни ландскнехтов. Мало того, накануне захвата замка руссами, туда привезли артиллерию. Официальная версия, для укрепления восточных рубежей Ордена против руссов.
— Официальная?! — Маркграф кивнул. — Георг, а не официальная? Кто поставил туда пушки?
— Наш немецкий Орден.
— Тевтоны?
— Они.
— Не находишь это странным, Георг? Мне не хватает артиллерии. А тевтоны поставляют её непонятно куда! Ливония не является частью империи.
— Не является. Но она находится в вассальной зависимости от Тевтонского Ордена.
— И что? — Император покачал головой. — А откуда у Ордена деньги на артиллерию? Они такие богатые? Георг? Или может мы что-то не знаем?
— Что-то не знаем. Реформация, мой император. Эта скверна уже везде. И в Ордене тоже завелась. Чувствую, что скоро полыхнёт. Знаешь, что самое интересное?
— Что?
— В том, кто захватил замок фон Деница. И последующие события.
— Совершенно верно, мой друг. Говори, что сумел узнать.
— Сами ливонцы это не признают, говорят, что замок был захвачен тысячей русских под командованием боярина Вяземского.
— А в реальности?
— Как было в реальности не знаю, но те сведения, которые я получил, выглядят не совсем правдоподобно.
— В чём неправдоподобность?
— Скажи Максимилиан, ведь и ты, и я мы воины. Рыцари. Большая часть прожитой нами жизни проведены в походах и войнах. Ты можешь поверить, что хорошо укреплённую крепость, оснащённую артиллерией, взяла женщина, с пятью десятками воинов? При этом не потеряв ни одного своего ландскнехта.
— Женщина? Пятью десятками латников? При гарнизоне крепости более сотни воинов? Ни одной потери с её стороны? — Император откинулся на спинку кресла. Потом засмеялся. — Молодец! То-то ливонцы об этом стараются не говорить.
— А вот фон Дениц потерял половину своего гарнизона. — Добавил Георг.
— Дай ка, друг мой, я угадаю, кто же та воительница, прямо амазонка?! Александра, старшая из сестёр. Я прав, Георг?
— Прав, Максимилиан.
— Какая девица, шустрая. Ты веришь в это?
— Если честно, то верится не хочется.
— Почему, Георг?
— Потому, что тогда грош цена нам мужчинам-рыцарям! Но…
— Говори, друг мой.
— Ульрих сам отдал ей свой меч и признал своё поражение. Об этом тоже не говорят, но мне сообщили люди, которые лгать мне не будут.
— Что тебя так волнует, Георг? То, что Александра женщина? Ну и что? Вспомни, почти сто лет назад была одна такая девица, которая громила армии и захватывала города. И ей подчинялись бароны, графы и даже герцоги.
— Ты имеешь ввиду французскую ведьму? Жанну?
— Её оправдали. Сняли все выдвинутые против неё обвинения. Мало того, Орлеанскую Деву признали национальной героиней Франции, её символом. — Максимилиан усмехнулся. Георг тоже, кивнул.
— Конечно, сначала признали ведьмой и еретичкой, сожгли, а потом оправдали. Очень это по-французски. — Проговорил маркграф. — Как бы и эту Александру не сожгли, как и Жанну.
— Но ты же знаешь, что обеих сестёр Москва признала принцессами. Мало того, Московский князь Василий признал их родственницами, то есть Рюриковными. А митрополит московский стал их духовным отцом. Поэтому, навряд ли их сожгут. Да и инквизиции у схизматиков нет. — Парировал император.
— Там сейчас другой митрополит. Прежний Великую Схизму принял. — Уточнил Георг.
— Схизму принял. Схизматики они и есть схизматики. Еретики.
— Максимилиан, знаешь кто поверил в это, что женщина взяла штурмом укреплённый замок?
— Кто? — Император посмотрел на маркграфа удивлённо.
— Твой любимчик и мой тёзка.
— Георг фон Фрундсберг?
— Он. Капитан ландскнехтов на службе империи.
— А он откуда узнал? Он же сейчас в Италии!.. Хотя, недавно он получил пополнение из новых ландскнехтов. Возможно, кто-то сбежал к нему из Ливонии.
— Я не знаю откуда он узнал. Вполне возможно и от новобранцев. Но фон Фрундсберг, сначала не поверил, а потом загорелся желанием увидеть эту девицу.
