– Ничего такого, что стоило бы дальнейшего обсуждения. – Надежда Васильевна многозначительно посмотрела на Шуру, а потом вновь обратила взор на Валентину, к которой, несомненно, испытывала большее благоволение за ее выдержку, светские манеры и удачный выбор жениха. – Мы говорили с Александрой о том, как мило, что граф Бобринский оказывает ей знаки внимания.
Шура относилась к этим знакам внимания весьма скептически, но уже зная, что родственники рассматривают Петра в качестве подходящей партии, предпочитала помалкивать. Однако сейчас Надин так ее разозлила, что она не сдержалась.
– Боюсь, тетя, эти знаки не стоит рассматривать серьезно. Я встречала Бобринского несколько раз – на балу, в гостях, на литературном вечере – и всегда он куда большее внимание оказывал княжне Мэри Трубецкой. Да посмотрите, он и сейчас возле нее, – она кивнула в сторону рояля, за который как раз садилась Мэри.
Но как оказалось, Надежду Васильевну этим не пронять.
– Не думай, что сообщила мне что-либо новое. – Ее розовые губы изогнулись в презрительной усмешке. – Я куда лучше тебя знаю, что происходит в светских салонах Петрограда. Бобринский давно дружен с княжной Мэри, но у него нет никаких шансов на ней жениться. Он нуждается в богатой невесте, а она – в богатом женихе. И они оба это прекрасно знают. Поэтому можешь не сомневаться, тебе он знаки внимания оказывает со вполне конкретными намерениями. Его родители об этом позаботились.
Пожалуй, все, что произошло после этого, было во многом результатом слов Надин Богаевской, когда она дала понять, что пора оставить мысли о чувствах и сделать выгодную партию, то есть выйти замуж за Петра Бобринского, который в свою очередь женится ради денег.
Шура пришла в такое негодование, что решилась на почти открытый бунт. Пусть и небольшой.
Она не стала дослушивать тетины рассуждения, повернулась к ней спиной и гордо ушла в другую комнату. Там, по счастью, нашлась Таня, которая почти без лишних вопросов согласилась одолжить ей свой экипаж.
– Можешь взять его до завтра, я уеду с Джелилем. – Она ласково потрепала Шуру по руке. – И не обращай внимания на тетку, она тебе не мать и принудить не имеет права. Да и не верю я, что Петя такой корыстный. Либо ты ему нравишься, либо он и не собирается делать тебе предложение, а Надин выдает желаемое за действительное.
Шура хотела сказать, что ей безразлично, что там думает Бобринский и как к ней относится, она все равно любит только Сеита и ни за кого другого замуж не пойдет. Но сказать такое вслух, открыто признаться в любви, пусть даже и на ухо, причем человеку, который и так все знает, – нет, это пока было выше ее сил. Поэтому она просто поблагодарила Таню и сразу уехала бы, если бы та ее не задержала.
– Подожди! – Таня утянула ее в угол, подальше от посторонних ушей, и, понизив голос, сказала: – Помнишь, ты просила выяснить что-нибудь насчет того человека?
– Какого? – не поняла Шура. Занятая своими переживаниями, она не сразу сумела направить размышления в другое русло. Но когда сообразила, тихо ахнула: – Грабителя?
– Да. – Таня быстро огляделась. – Джелиль поделился со мной некоторыми знаниями. Они ведь уже дважды пытались поймать этих грабителей, но те от них все время ускользают. Он говорит, это не обычные бандиты, а члены какой-то ультралевой партии. И там есть человек, который планирует все операции, так вот он по описанию похож на твоего грабителя.
– Но хоть что-нибудь такое, что бы помогло его найти, он сказал?
Таня с сомнением пожала плечами.
– Боюсь, что очень мало. Подозревают, что где-то здесь, на Петербургской стороне, а может на Крестовском, у них есть типография, где они печатают нелегальную литературу и листовки. И вероятно, это не только типография, а вообще их логово – Джелиль считает, что все нападения были совершены в таких местах, откуда удобнее было отступать именно в эту сторону.
Нельзя сказать, чтобы Шуре это что-нибудь давало, но она, конечно, сказала Тане спасибо, заручилась ее обещанием держать ее в курсе, если станет известно что-нибудь еще, после чего все-таки отправилась домой.
И пусть говорят, что случайных совпадений не бывает – бывает! Иначе как объяснить то, что им пришлось делать крюк из-за перегороженной улицы, где перевернулась телега, ехать через Крестовский остров, и там, недалеко от Большого Петровского моста, на незнакомой улице Шура увидела «барона Крофта» – грабителя и шантажиста, о котором думала последнее время почти столько же, сколько об отце или Сеит, и о котором ей только сегодня говорила Таня.
Сколько она пыталась придумать, как его найти, а он нашелся сам! На ее глазах он спокойно свернул к невысокому зданию в глубине улицы и вошел в книжный магазинчик, располагавшийся в цокольном этаже.
Ну конечно! Книжный магазин – разве это не идеальное прикрытие для нелегальной типографии? Похоже, поручик Камилев прав и удача привела ее прямо к самому логову грабителей!
