Через неделю Наcтя встречала нового доктора. Высокий, крепкий, огненно рыжий, с прозрачно-голубым, беззащитно-грустными глазами. Он не был красив, но доброта и надежность чувствовались в его поведении. И еще уверенность. Анастасия поселила его в крыле дома, где некогда жил тот, о котором ей страшно было вспоминать. Там все было давно отремонтировано, переделано, но там никто не жил. Вот и хорошо – обживет пустующее помещение. Мистер Мартин выбрал себе только одну комнату. Попросил кровать, стол, шкаф для книг, компьютер, вешалку. Из вещей с ним была только спортивная сумка и аккуратная стопка медицинской литературы. Люк сразу пришелся по вкусу всем. Ибрагим с Исмаилом нарасхват приглашали его в гости. Он только слабо улыбался, беспомощно кривя полные красивые губы. Да конечно, он навестит их, потом, сейчас много дел… Он будет рад, если ему помогут найти несколько хороших и опытных медсестр, нужно также ремонт. Он все будет делать сам, только подскажите, где купить необходимое и нанять рабочих. Анастасия была ужасно довольна, что достойно и с честью выполнила просьбу управляющего. Все-таки она госпожа и должна хоть иногда принимать ключевые решения, принимать участие в делах! Она совсем не брала в расчет, что проблема так удачно решилась с помощью старины Джимма. Квартира в Каире была не очень удачной. Тогда, когда ее приобретал Сулейман, она была очень престижна, но… Сначала ей очень все понравилось. Однако потом… Центр большого города, несмолкаемый шум за окнами, маленький тесный дворик – детям совсем негде гулять, ближайший парк – через несколько остановок. Мигающий свет ярких разноцветных реклам и вывесок пробивался ночью даже сквозь плотные шторы. Кроме того, беспощадное солнце не покидало квартиру в течение всего светового дня, и жара в ней была несусветная, невзирая на круглосуточно работающие кондиционеры. Конечно со временем, она почти привыкла. Наверное, потому, что мало бывала там, но подозревала, что детишкам там не очень уютно. А заняться куплей-продажей нового жилья ей было сейчас некогда… Ужасно раздражали светофоры. Анастасия была осторожным, внимательным водителем, но частые и порой долгие остановки на красный, ее утомляли. Вот только проехала несколько сот метров и вновь тормози. Она вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд и непроизвольно оглянулась. Рядом стояло такси, пассажир которого внимательно разглядывал ее. Она привыкла и не обращала внимания на порой назойливые и нескромные взгляды мужчин – они-то ее не интересовали! Но что-то было в лице этого молодого человека знакомое, а может быть показалось? Но когда на следующем перекрестке рядом с ней притормозило тоже такси, и мужчина полувопросительно окликнул ее.
– Анастасия???
Она узнала и страшно обрадовалась.
– Али! Али! Я остановлюсь где-нибудь впереди, – только и успела она крикнуть. – Али! Господи! Ты так изменился, я с трудом тебя узнала! Али! Я так рада! Так рада! – она, обняв его, подтянулась на цыпочки и чмокнула его в щеку. – Как ты Али, как семья?
Они стояли на краю тротуара. Растеряный столь бурной радостью женщины, Али смутился.
– Госпожа, Анастасия, извините меня! – но видно было, что он тоже искренне радуется, что встретил ее.
– Али! Перестань называть меня «госпожой»! Отпусти такси, у меня машина. Поедем ко мне, я познакомлю тебя со своими малышами! Поговорим!
Он отпустил такси, но домой к ней не пошел. Они расположились в маленьком уличном кафе невдалеке от ее дома.
– Ну, расскажи мне, как ты живешь? Почему оказался здесь в Каире?
Али приехал в Каир, узнав о новых кормах для лошадей. Прежде чем закупать целую партию решил предварительно ознакомиться с рекламными роликами, почитать аннотацию, поговорить и посоветоваться со специалистами. Корма оказались хорошими и по составу и по качеству. Он подписал договор на их поставку в течение года, там видно будет. Сегодня Али возвращается обратно, его будет ждать самолет. Дома все нормально, новый врач Люк полюбился жителям поселка, кроме своих непосредственных занятий с больными он еще заинтересовался лошадьми. Иногда помогает отцу составлять финансовые отчеты, вести бухгалтерию. Дедушка сильно болеет, у него практически отказали ноги, и Люк выписал ему отличное кресло, которое само движется, куда дедушка захочет…
– Да! да! Это все прекрасно! Но ты, ты сам, как? О себе, себе расскажи!
– А что о себе? Отец и дядя женили меня, но я… я не любил ее… Я мог взять себе вторую и третью, и четвертую, и пятую, но… Родственники настаивали, грозились скандалами… Вот так я один… Работа, лошади… Я тренирую сейчас прекрасную кобылу. На дерби хочу повезти ее сам… Не знаю, удастся ли?
Он был старше ее на пару лет, но от былой радостности и легкости ничего не осталось. Али грустно смотрел на Анастасию.
– Мне порой так не хватает общения с вами, госпожа…
