Судя по всему, дела у беглых зэков шли неплохо. Кроме трёх АК они теперь имели при себе кучу пистолетов, два карабина и держались уверенно и нагло. Один из туристов схватил лёгкий топорик, другой замахнулся веслом от байдарки, девушка побежала к воде…
Техника американская и в самом деле была высший класс. Она без малейших искажений передавала все нюансы спектра, всю полифонию звуков. Картинка на мониторе была предельно чёткой и яркой. Воды озера, красные от человеческой крови… синяя похабель зоновских «партаков»147… хриплый гогот довольных самцов, затихающие стоны… Страшный зверь, по недоразумению названный человеком, в неописуемом своём естестве…
– Запись не стирайте. Пригодится для следствия. – Скудин с каменным лицом повернулся к Шихману. – Пусть ваши люди вооружатся. Думаю, найдут чем. Выставить посты. Из лагеря не выходить.
О том, что положение стало серьёзнее не бывает, он и поминать не стал – и так ясно.
Он быстро вышел из палатки, махнул рукой Гринбергу.
– Женя, открывай коробочку! Готовность сорок пять секунд – вооружение по полной боевой!
– Ясно, командир, – отозвался Гринберг уже на бегу. – Рвём жопу на сто лимонных долек…
В голове Кудеяра кружилась одна-единственная мысль: от стоянки несчастных байдарочников до реликтовой ёлки было, блин, совсем недалеко, и если распоясавшееся зверьё решит и дальше рвать когти на юг (а куда тут ещё-то), то на их пути обязательно окажется Глеб. Против девяти стволов. Один. Учёная братия и маленькая дворняжка ему не помощники…
Между тем Гринберг распотрошил свой контейнер и, почему-то оглядываясь, сноровисто извлекал всё необходимое. Английские бронежилеты «Сайкон», японские рации «Стандарт», а также российские бесшумные стволы – пистолеты ПСС, П-9 «Гюрза», автоматы «Вал»… и лично для себя – свою любимицу, снайперскую винтовку с очень подходящим названием «Вампир». Быстро натянули «Выдры»,148 нагрузились всем необходимым и молча порысили экономным стелющимся шагом. Боря Капустин, отдохнувший за день, нёс винтовку Гринберга – в рейде не до сантиментов, главное результат. Через час, когда ноги начали тяжелеть, а перед глазами появились красные круги, Скудин разрешил пять минут привала.
– Мало я вас гонял… – Глянув на подчинённых, Кудеяр качнул головой и вытащил таблетки «полярного сияния» – стимулирующего средства, используемого в спецназе: – Жрите, не то скопытитесь. Вохра, отставники с берданками, такую мать.
Сам он от допинга воздержался. Через десяток километров перешли на шаг, перевели дыхание, отдохнули на ходу и снова побежали по бескрайней тундре – в ногу, не думая ни о чём, стараясь двигаться в едином ритме…
Тем временем исследовательский процесс у реликтовой ели был в самом разгаре.
– Шеф, шеф, вы посмотрите только! – Веня указал на датчик, светившийся пронзительным малиновым цветом. – Так даже под высоковольтными линиями не горит. Ну-ка… проверим флуктуацию по ареалу…
Держа прибор в руке, он не спеша спустился с холма, двинулся вверх вдоль скальной стены… и вдруг, круто развернувшись, бросился назад.
– Эй, фраер, стоять! – тотчас раздалось за спиной. Веня услышал зловещее клацанье затворов, однако останавливаться и не подумал. Он мчался стрелой. И кричал во всё горло:
– Глеб, Глеб, полундра!
Орал он будто в шторм на палубе тонущего корабля.
«Не зря, видно, на швертботе ходил…» Глеб не спеша, словно на учениях, тащил из кобуры ударный лазер. Посмотрел на Веню, на бегущих зэков – до них оставалась ещё добрая сотня метров. Прицелился, взвёл привод боевого контактора… и внутренне ахнул.
Накачки не было.
«Ну же, ну же, давай…» – Глеб снова активизировал контактор, но чёртов лазер был безнадёжно мёртв. Использовать его можно было разве что в качестве полупудовой металлопластиковой дубины.
Что ж, и используем, если заставит нужда. Конечно, у Глеба оставался ещё верный «Стечкин», но… с ним одним против десятка стволов? Бессмысленно. И спрятаться некуда, всё как на ладони. Ну то есть в одиночку бы он оторвался, ушёл без труда… «Хрен вам. Коли так, в подполье полезем!» Буров сунул бесполезный лазер назад в кобуру, бросился под ель и, мобилизовав все силы, так, что затрещали от напряжения связки, мощным движением выворотил камень.
– Сюда, профессор! Живей!
Из открывшегося лаза потянуло ледяным холодом, земляным духом, преисподней. Нормальному человеку при нормальных обстоятельствах лезть туда вовсе не захотелось бы.
