Елена хмурится еще сильнее, и ее ревнивый взгляд то и дело прыгает от босса ко мне.
- Но вы же говорили, что собираетесь сегодня на выставку «Новые горизонты хоррора» в частную арт-галерею! А потом на свадебную вечеринку Царевичева... Я как раз туда приглашена. Кстати, наш главный налоговик тоже будет там, а он, если вы помните, очень упертый тип в вопросах некоторых неудобных моментов вашей налоговой истории. Но лично я с ним в прекрасных отношениях и могу активно поспособствовать вашему взаимопониманию, Василий Андреевич... - она наклоняет голову с идеальной укладкой волос набок и многозначительно добавляет: - Почему бы нам не совместить все планы к нашему обоюдному... удовольствию?
Повисшая в воздухе крошечная пауза после этого откровенного намека не ускользает от моего внимания. Бросаю осторожный взгляд через плечо на Боярова - тот продолжает стоять с беспечно-небрежным видом, но каким-то внутренним чутьем я улавливаю его раздражение.
Ну еще бы. Кому понравится настолько откровенная попытка манипулировать им?
- У меня есть более важные дела, Елена Владимировна, - его приятный низкий голос теряет шутливую легкость и звучит как-то иначе. Прохладно и отстраненно, словно эхо в холодном колодце.
- Вы уверены? - назойливо уточняет инспекторша. - В другой раз вам может и не представиться такой редкий случай наладить с нашим начальством отношения...
Громкий шорох гравия под колесами сворачивающей к нам машины заставляет всех нас дружно повернуть головы в ее сторону. Это желтая иномарка классических очертаний и с меткой черных шашечек.
- Такси? - удивленно таращится на нее Елена. - Но я не вызывала...
- Я вызвал, - насмешливо поясняет Бояров. - Хотел выручить девушку из сложной ситуации, как она того и просила.
Смотрю на побагровевшее лицо инспекторши и понимаю: если босс сейчас унизит эту капризную, избалованную собственными полномочиями дамочку и вежливо отправит восвояси на иномарке с шашечками, то у нашей конторы вполне могут появиться проблемы. И кто знает, насколько серьезные, если она так нахально намекнула при мне на сомнительное бизнес-прошлое моего босса?
И, словно озвучивая мои опасения, Елена ядовито начинает:
- Не ожидала, что...
- Большое спасибо вам, Василий Андреевич, - неожиданно для себя вмешиваюсь я. - На такси мне с дочкой будет гораздо быстрее и удобнее добраться до дома... и закончить работу. А к вечеру я подвезу документы во «Дворец». Как вы мне и сказали.
Бояров выслушивает эту сбивчивую речь со странным задумчивым прищуром. А инспекторша переваривает мои слова с озадаченным видом кошки, которая собиралась проехаться когтями по-живому, а поймала только воздух.
- Думаю, нам с тобой придется в ближайшее время хорошенько поработать еще над двумя штуками, - уведомляет он меня вдруг проникновенно.
- Какими штуками? - растерянно моргаю я.
- Во-первых, над твоей самооценкой... она никуда не годится, будем повышать. А во-вторых, надо основательно прокачать твою уверенность в крутости, могучести и безграничной наилучшести твоего классного начальства... то есть меня, - следует обескураживающе будничный «скромный» ответ.
Понятия не имею, как отвечать на этот уже традиционный бояровский стeб в присутствии инспекторши. Она и без того чует подвох - вон как зыркает подозрительно и недовольно, а тут еще и босс поддает жару своими шуточками.
Поэтому я беру себя в руки и просто киваю с фальшиво-безмятежной покорностью.
- Как скажете, Василий Андреевич! Прокачивать так прокачивать. До свидания.
И поспешно ныряю вместе с дочкой в салон остановившегося возле нас такси.
- Какой адрес? - оборачивается водитель.
Я называю и тянусь к ручке, чтобы захлопнуть за собой дверцу автомобиля... но в последний момент останавливаюсь - за окошком маячит склонившаяся инспекторша.
В ответ на мой вопросительный взгляд она растягивает губы в холодной ядовитой улыбке.
- Можете не особо спешить с документами. Я найду чем занять Василия Андреевича.
Нетерпеливое сообщение от Боярова с требованием поторапливаться приходит раньше, чем я ожидала.
«
При чтении последней фразы мое сердце eкает в груди... а затем по всему телу разливается сладкое жаркое тепло. Как будто вместо слова «накажу» Бояров сказал «поглажу».
