Несколько мгновений он внимательно всматривается в мои глаза, как будто ждет каких-то новых неприятных сюрпризов. Я неуверенно улыбаюсь ему... и вижу, как на его губах расползается ответная кривовато-обаятельная улыбка. Только затем он обращает внимание на всех остальных.
И в первую очередь - на малышку перед собой.
- Доброе утро, уважаемые дамы и молодой человек. А кто это тут у нас такой красивый?
- Это я! - прыгает Алиса и впервые с наивной детской верой заявляет ему прямо в лицо: - Пливет, папа-фокусник! Поехали сколей спасать бабушку!
Челюсти Петровны и Сидоровны дружно отвисают. Как и у Розы Соломоновны, что застыла рядом соляным столбом. Наверняка все они думали до этого, что восклицания насчет папы относятся к неожиданно вернувшемуся Лeшке Красавину, и теперь переваривают новостной шок. Пока что молча.
Бояров тепло усмехается, глядя вниз. Потом вдруг опускается перед сияющей Алисой на корточки и подмигивает ей.
- Ну здравствуй... дочь.
В центральной городской больнице, как обычно, воздух пропитан слабым запахом медикаментов, духом строгой бюрократии и людской нервозностью. Атмосфера, которая никак не располагает к спокойствию.
Возле стойки регистрации на удивление свободно, и я спешу туда - воспользоваться моментом и выяснить новости о состоянии бабушки. Надо успеть, пока не образовалась очередь и все мои спутники заняты.
Кстати, Бояров в неожиданной роли отца оказался очень понимающим и надежным человеком.
Когда Алиса с надеждой выразила желание сесть рядом с водителем, Бояров мгновенно - в самом деле, как фокусник с волшебной палочкой, - достал из багажника новенькое детское автокресло. И заявил мимоходом, что поедет аккуратно, явно припомнив мою фобию насчет переднего пассажирского места.
А возле больницы, когда малышка захотела в общественный туалет и потребовала в сопровождение папу, только хохотнул и с явным удовольствием отправился выполнять детскую прихоть. Хихикающий Ванька упрыгал на своих костылях за ними вслед, оставив меня в холле хлопать глазами.
Это было невероятно, но впервые в жизни я почувствовала, каким восхитительно мягким сделался груз ответственности за ребeнка на моих плечах. Потому что Бояров только что легко и непринужденно присвоил добрую его половину себе.
Удивленно-взволнованные мысли об этом все еще бродят в моей голове, когда я подхожу к стойке и заглядываю в окошко. На рабочем месте никого нет, но за стеллажами медицинских карточек слышны женские голоса.
- ...прям как снег на голову свалился вчера вечером, Маш, представь себе! - бубнит один из них, с грубовато-басистым тембром . - Наш главный был в шоке. Никогда еще нейрореаниматолог такого уровня не подключался к внеплановой бюджетной операции! Да и мы все в шоке были... светило мирового уровня явилось вот так запросто, по собственной инициативе! Алексеич ведь сразу негативный прогноз дал с нашими-то ограниченными возможностями и устаревшим оборудованием... да и бабулька уже почти ушла... а тут вдруг такое! Но тот мужик в своем деле просто волшебник, Маш, ей-богу! Даже Алексеича поразил своими талантами. И с того света, считай, бабку вернул...
Я невольно задерживаю дыхание. Много ли больных бабушек в городской больнице? Да с тыщу, наверное. Но всё равно стою и прислушиваюсь к чужому разговору.
- Мда-а... - глубокомысленно отзывается неведомая Маша, шурша карточками на стеллажах. - Ну и ну, Дашунь! Чудеса случаются!
- Да, но чудеса приходят и уходят, - фыркает упомянутая Дашуня. - А медицинскую статистику пока никто не отменял. Даже если наше чудо из комы сегодня вышло, но без успешной реабилитации какая там нормальная жизнь! А у нас с этим сама знаешь, как дела обстоят...
- Простите! - зову я наконец, давая знать о своем присутствии. - А можно узнать о состоянии моей бабушки? Ее вчера с инсультом скорая привезла.
Из-за ближайшего стеллажа выныривает женщина воистину обширных размеров в мятно-зеленом халате.
- Имя? - зычно спрашивает она, и я сразу определяю в ней словоохотливую рассказчицу «Дашуню».
- Клeнова Вера Ильинична.
В глубине помещения регистратуры что-то с грохотом падает. Потом легкое движение по ту сторону стеллажей выдает пригнувшуюся фигуру, и в прорехе пустых полок появляется румяное лицо второй болтушки с любопытными глазами. Смотрит она на меня так, будто очень хочет что-то спросить, но не решается.
- Так... - медсестра-регистраторша Дашуня небрежно откашливается и прячет взгляд в монитор своего компьютера. - Клeнову вчера стабилизировали, и ночью она пришла в себя. Врач подойдет, как освободится. Ждите возле...
- А зачем ждать? - мягко ее перебивает голос Боярова за моей спиной. - Мы вашего врача сами найдем. Тем более, что он сейчас не занят.
Мощная Дашуня не слишком дружелюбно зыркает на него исподлобья.
- Откуда такие сведения?
Бояров делает многозначительное лицо. Затем кивает на потолок, из-за чего мы все, включая медсестер, Ваньку с Алисой и какого-то деда с колбой для анализов неподалеку, машинально задираем головы наверх. Только ничего интересного там не обнаруживаем.
