Али и Оскар Бонавена шли более или менее вровень. На счету у Али был 191 удар, у Бонавены – 186 ударов, но в то же время Бонавена нанес больше силовых ударов: 152 против 97 Али. В раздевалке после боя Али выглядел скромным и задумчивым. Он сказал, что тренировался не так усердно, как следовало бы, и вслух рассуждал, не притупились ли его рефлексы. Но Али все еще оставался чемпионом среди задир, поэтому его самоуверенность быстро вернулась. «Сегодня я сделал то, что Фрейзер не смог сделать за двадцать пять раундов, – сказал он. – Люди говорили, что я не могу выстоять перед ударом, но я выстоял перед всеми его атаками, а удар у него ого-го… Люди говорили, что для победы я должен был пустить ему кровь, но я вырубил его левым хуком, бойца, который сражался лучше всех и который ни разу не был в нокауте».
После встречи с Бонавеной мудрым шагом для Али было бы провести несколько боев с безобидными соперниками, параллельно приходя в форму, но у него были другие планы. Вместо этого он намеревался сразиться с человеком, который присвоил его чемпионский титул, человеком, который станет его злейшим врагом. Своей план он объявил в стихах:
Эрнест Хемингуэй сказал однажды: «Если вы деретесь с умелым левшой, то рано или поздно он уложит вас на лопатки. Его левая рука появится там, где вы ее не ждали, и обрушится на вас, словно булыжник. Пока что звание самого жестокого левши принадлежит жизни, хотя многие говорят, что это Чарли Уайт из Чикаго».
Жизнь действительно может огорошить левым хуком, собственно, как и легендарный боксер Чарли, но спросите любого фаната бокса конца двадцатого века, и любой скажет вам, что «Дымящийся» Джо Фрейзер был величайшим левшой из всех.
Джозеф Фрейзер родился 12 января 1944 года в Бофорте, штат Южная Каролина. Он был девятым из десяти детей фермера. Эти обстоятельства закалили его характер и не в последнюю очередь склонили его к карьере бойца. В пятнадцать лет Фрейзер бросил школу и переехал в Нью-Йорк на заработки. После безуспешных поисков работы он занялся угоном машин. Затем он перебрался в Филадельфию и устроился на бойню, где изображал Джо Луиса, отрабатывая удары на кусках говядины в холодильнике для мяса. В 1961 году в семнадцатилетнем возрасте, что было сравнительно поздно для начала спортивной карьеры, он начал обучаться боксу у тренера Янси «Янки» Дарема. Янси был афроамериканцем со светлым оттенком кожи, седыми волосами и усами, который, как и любой другой тренер, прекрасно знал, как превратить крутого парня с улицы в профессионального боксера. Вера Фрейзера в Дарема была нерушимой. Во время поездок Дарем селил своих бойцов по двое в гостиничных номерах и запрещал уединяться в ванной, чтобы у парней не было возможности заниматься рукоблудием. Тренер верил, что даже малейшая сексуальная активность истощает жизненную энергию бойца. Через три года после знакомства с Даремом Фрейзер завоевал золотую Олимпийскую медаль. К 1968 году он был чемпионом в тяжелом весе.
Фрейзер удивлял публику. Он выглядел слишком невзрачно при своем росте в пять футов одиннадцать дюймов [182 см], чтобы быть чемпионом-тяжеловесом. Поговаривали, что он был практически слеп на левый глаз. Но вместе с тем он мог похвастаться изогнутой левой рукой, которая идеально подходила для хуков. Левым хуком он заставлял противников уходить вправо, где он мог получше разглядеть их. Помимо этого Джо обладал крепким подбородком, невероятной сосредоточенностью и безжалостным стилем, которые сводили на нет попытки его противников провести полномасштабную атаку или выстроить надежную защиту. Фрейзер был яростным, неудержимым и без устали молотящим панчером, который безжалостно набрасывался на своих противников, сжимался в крауче, наносил удары, сверкал кулаками, пока не был готов сокрушить врага своим смертельным хуком. «Фрейзер был живой машиной для убийств», – охарактеризовал его Норман Мейлер.
Фрейзер заслужил свое прозвище «Дымящийся» или «Дымящийся Джо», потому что, подобно дыму, он заполонял собой каждый уголок: бесформенный, неподвижный, крутящийся, удушающий. Один из его спарринг-партнеров сказал, что ощущение от удара Джо Фрейзера такое, будто вас сбил автобус – с той лишь разницей, что автобус переедет вас только один раз.
