Двери за их спинами с натугой закрыли стражи, отдали честь, и Кара, к вспыхнувшему стыду, не нашла времени, чтобы им кивнуть: устремилась за Ист, стремящейся найти укромный уголок. Не так-то это легко было в готовящемся к празднику Дворце, где по коридору невозможно было ступить, чтобы не врезаться ни в кого. Спешили бегом легконогие мальчишки-посыльные, мельтешили чиновники Вельзевула, прохаживались стражи из гвардейцев, для внушительности бряцая саблями, а группа прислуги под чутким руководством слегка истеричной демоницы перевешивали возле окна тяжелые шторы с серебряными кистями — и чем они не понравились советнице Ориш… Но в кабинете Кары, к которому они молнией взлетели, наступила блаженная тишина.
Чтобы объяснить, что происходит, Ист понадобилось немногим больше пяти минут: с военными докладами она за долгую службу научилась справляться. Радуясь, что окружена давними знакомыми, Кара позволила себе выругаться и пошататься по кабинету, схватившись за голову, пока мысли гудели в ней растревоженными злыми осами. Осознание жало ядом.
— Отправьте туда гвардейцев в помощь. Переместить Роту, — торопливо распоряжалась Кара. — Замените их на постах легионерами, городской стражей. Больше магов. Им придется сражаться с наемником, с Высшим боевым — как его, Нииран? Остается надеяться, что Мархосиас не подключится.
— Битва пока не началась. Инквизиция тщательно обдумывает захват военной базы, в которой обосновались наемники…
— Военная база? — пораженно спросил Эл. — Нет, нет, они не могут быть настолько сильны, мои источники… — Побелев как полотно, он принялся вытаскивать из карманов амулеты, потом метнулся к столу — уловив дозволительный кивок Кары — и принялся перебирать бумаги, которые сам же и прислал днем раньше.
— Это… заброшенная человеческая база, — пояснила Ист. — Там ничего нет, голые стены. Зато за зданием почти не следили, наемники смогли там обосноваться, пока Гвардия гонялась за ними в городе… Фокус с амулетом сработал, теперь мы на нее вышли.
Она постаралась придать голосу радость, но он подло дрогнул; лицо демоницы было ужасно. Это бойцы из ее Роты оказались в плену у врага, их жизнями они собирались расплатиться за победу, и Кара прекрасно Ист понимала, расхаживая по ставшему вдруг таким тесным и душным кабинету. Смиряться она не собиралась: Гвардия не сдается, не опускает голову, пусть удар врага и так силен. Поддавшись порыву, Кара прошла к окну, раскрыла его нараспашку и, хотя по ту сторону стекла было еще жарче и мучительнее, порадовалась ветерку, играючи заскочившему в кабинет на минуту, перебравшему ее волосы.
— Я сейчас же… — распрямившись, отпрянув от подоконника, на который облокотилась, вспыхнула Кара. План действий наяву вставал перед ней. — Я поведу отряд! Соберите гвардейцев на боевое задание, брать больше амулетов…
К ее изумлению, оба, и Эл, и Ист, особой радости не выказали, переглянулись странно, неуютно и столкнулись пылающими взглядами, словно испытывали: кому-то одному придется говорить с Карой начистоту, но очевидно, что мысли их полностью сходились.
— Кара, — укоризненно, мягко втолковывая, начал Эл. — У нас достаточно солдат, чтобы не кидаться в битву самим. Это не твоя работа, а забота всех демонов из Гвардии и Роты в частности. Лидеру не обязательно…
— Может, я никогда и не была лидером, хладнокровно принимающим решения, — в отчаянии возразила Кара. — Я была вождем революции, воином… Я привыкла сражаться в первых рядах, а вы предлагаете прятаться, пока другие отстаивают Ад.
Тяжело опустившись в кресло, Кара посмотрела на Ист, смотрящую в пол. Они были правы: нельзя рисковать собой, когда у тебя на плечах Девять миров; конечно, теперь в Аду в каждом крупном городе имелся выборный Совет, но она была символом, потеря которого встряхнет Преисподнюю и вернет к гражданской войне. Может быть, Мархосиас этого добивался…
— Лейтенант Ист, лично проследить за отправлением солдат, возглавить отряд, — рявкнула Кара, мучаясь досадой на саму себя. — Вольно!
Они ушли скорым шагом, оставив Кару в горьком одиночестве. Внизу громко играл вальс.
***
К заброшенной воинской части они подъехали так быстро, как смогли; бедному Яну, по сути своей не способному нарушать закон, снова приходилось вжимать педаль газа и ехать так, что стрелка подергивалась и показывала какие-то дикие цифры. К счастью, на дороге почти никого не было, точно и здесь, как на спрятанной квартире Яры, висело хитрое заклинание, устраивающее чистую «зону отчуждения». Заглянув на изнанку, Влад проверил кропотливо, захваченный этой мыслью, но ничего не нашарил. Это его раздерганные нервы и предвестие чего-то зловещего, что на них надвигалось…
