Возмущенный Ян рявкнул пару слов на архидемонском, а пес отозвался радостным тявканьем снизу; там гуляло эхо, потому звук показался в десять раз громче и каким-то потусторонним. Но гвардейцы начали спускаться, зажгли амулеты, однако Рыжий все равно боялся оступиться на крутой лестнице и вцеплялся в старые проржавевшие перила.
— Чисто, — выдохнул Зарит, оказавшийся внизу.
Прохладой пробрало чуть погодя — после горячего денька в пустыне. Внизу, в погребе, их ждали залежи всякой на редкость аппетитной снеди, и при виде всех гор овощей в деревянных коробках, полок со стеклянными банками, посверкивающими боками, и даже связки колбас у Рыжего заурчало в животе. Джек приплясывал возле того же угла с мясом (там было по-зимнему зябко, а волоски на шее Рыжего встали дыбом от предчувствия — позже он заметил разложенные среди еды амулеты); есть пес не отваживался без хозяйской команды и клацал пастью. Прихватив Джека за ошейник, Ян уверенно оттащил его прочь, мягко обругав — Рыжий не слышал, что именно он сказал, но пес выглядел пристыженным.
Тем временем Варсейн ошивался возле полок с квашеной капустой, насколько Рыжий мог разглядеть в неровном свете. Он расхаживал между стеллажей, считая и мучая память, и никто не отваживался мешать. Наконец, когда Рыжий хотел предложить передвинуть все шкафы подряд, Варсейн определился и ткнул в одну, ничем не отличающуюся от других. Гвардейцы тут же принялись ее отодвигать в сторону, натужно дыша.
Ход, открывшийся им, выглядел еще более пугающим и темным, но Ян приказал идти, и Рыжий пригнулся, чтобы не задеть головой низкий потолок. Дэва немного замедлилась, из-за чего им пришлось подождать: она привалилась к стене и мрачно поглядывала в конец туннеля — туда, куда не доходил свет амулетов.
— Ты боишься замкнутых пространств или темноты? — зачем-то уточнил Варсейн. Дэва грозно зарычала и потащилась дальше. — Если долго идти вперед, можно добраться до выхода, — добавил он. — Это в пустыне.
— Нет, нам нужно не это, — заспорил Ян. — Смотрите, сколько здесь других дорог! Чтобы проверить все, понадобится много времени.
По бокам Рыжий замечал ответвления, но он вовсе не хотел проверять их все; магия ничего не подсказывала, она выла постоянно, стоило спуститься вниз. Видимо, гвардейцы тоже не горели желанием, поэтому Ян пустил по следу Джека, за которым пришлось бежать, не колебаясь. Остановились они, когда Джек замер около каменной стены и принялся ее настойчиво царапать.
— Здесь же ничего нет, — первым заявил Варсейн.
Прошипев что-то сквозь зубы, Дэва ткнула его под ребра револьвером, и Рыжий правда надеялся, что он стоял на предохранителе.
— Рыжий, подойди, будь добр! — позвал его Ян, махнув рукой. — Тут странные следы на изнанке, не зря Джек остановился.
— Да, капитан? — стараясь звучать уверенно, откликнулся Рыжий и подскочил ближе. — Нужна помощь?
От мысли, что он наконец-то может быть полезен магией, Рыжий необычайно воодушевился и подлетел к нему так быстро, как мог. Должно быть, со стороны смотрелось странно, а Варсейн цыкнул: он не одобрял то, что Рыжий так крепко связался с Гвардией. Привычная эйфория боевого транса стерла все сомнения, и Рыжий жадно уставился на переплетения нитей: он успел по этому соскучиться.
Он знал, что Ян привык работать с Владом, и потому старался изо всех сил. О помощи Рыжий ни за что не стал бы просить, так что сцепил зубы и погрузился в сложное плетение. Различив следы Мархосиаса — несомненно, его: тем же разило от фамильяра, — Рыжий продолжил копать, он чувствовал нечто важное за стенкой, пропитанное сильной магией, но никак не мог сообразить, как туда попасть. Неприметное, тусклое пятно какого-то заклинания перед носом притянуло взгляд, но Рыжий не смог его снять.
— Может, я подскажу что… В качестве ассистента? — умело предложил Ян, избавляя его от неловких просьб. За спиной кто-то хмыкнул, но Рыжий не стал оборачиваться. — Я совсем не маг, но кое на что насмотрелся за многие годы работы с Владом.
— Да… Можете взглянуть? — церемонно попросил Рыжий.
Когда Ян умело перешел в боевой транс, Рыжего едва не оглушило мощным магическим ударом. Показалось, его смыло ледяной волной океана — и это при том, что всю жизнь Рыжий провел в беспощадной жаркой пустыне Первого круга и слышал об океанах из историй других. И представить было невозможно, каково идти с Яном в общий транс, что проделывал Влад; пространство, разделявшее их, трещало по швам, изнанка выла и тряслась.
— Вот тут похоже на заклинание, — мельком замечая, как нездорово охрип голос, указал Рыжий перед собой; удивился, как это Ян сам не видит, подслеповато щурится. — Ему много лет, однако я могу различить…
