И вместе со мной в переговорную комнату зашел капитан Андрей Зотов, тоже пребывавший в недурном настроении. Это было не первое его космическое боевое задание, но, несмотря на это, сам ход стремительного и победоносного сражения, когда враг мог только пытаться спастись бегством, поднял его самооценку и уверенность в своих силах на недосягаемую высоту. И вместе с тем ему есть что сказать моим сегодняшним гостям хотя бы в плане того, что ждало бы их Российскую Федерацию в самом ближайшем будущем, если бы не столь своевременный момент уклонения, неважно, был сделан он по собственной инициативе или под влиянием неумолимых внешних обстоятельств.
Обстановка в переговорной была простой донельзя: небольшой круглый стол в центре с высокими тонкостенными стаканами, наполненными живой водой, и четыре мягких кресла полукругом. И сразу же, в сопровождении сибхи из обслуживающего персонала вошли оба президента Путина.
— Здравствуйте, товарищи, — сказал я, пожимая руки гостям. — В первую очередь, позвольте представить капитана Андрея Ивановича Зотова, выходца из мира Основного Потока образца апреля две тысячи двадцать второго года. Там все так плохо, что хочется ругаться матом, причем тяжелая обстановка сложилась не в силу каких-то неблагоприятных внешних обстоятельств и действий враждебных России стран Запада, а из-за внутренней слабости и низкопоклонства перед тем самым Западом значительной части российской управленческой элиты. Впрочем, обсуждать этот и другие вопросы на ногах было бы неприлично, а потому прошу садиться.
Усевшись в кресла, президенты Путины переглянулись.
— Мы, собственно, уже посмотрели на свое ближайшее окружение вашим Истинным Взглядом, а потому понимаем, о чем речь, — сказал Владимир Владимирович из мира техногенных порталов. — И между собой все уже решили. Информация, которую господа Клим Сервий и Корней Октавий Пизон передали нашим техническим специалистам, в самое ближайшее время позволит перевести межмировые транспортные коммуникации на вполне цивилизованную основу. Соответствующее оборудование уже проходит испытания, и как только они будут закончены, выбросы ультраэнтропии, или как говорят ваши маги, энергии Хаоса, в нашей паре миров прекратятся совершенно.
— Точно такая же техническая информация была передана и нашей Российской Федерации, — сказал президент Путин из мира с вторичными порталами. — Поэтому уже скоро при перевозках из мира в мир нам не надо будет рассчитывать только на Врата первого и второго типов. Кстати, Сергей Сергеевич, нет и у вас каких-нибудь методов, технологических или магических, чтобы закрыть естественное образование под Красновичами? Пользоваться им крайне неудобно, да и надобность в нем отпала, и в то же время никто не знает, как Врата первого типа поведут себя дальше.
— Увы, таких методов у нас нет ни по той, ни по другой части, — ответил я. — Однажды мы тоже немного набедокурили, во время магической манифестации с наложением глобального заклинания Священной Войны пробив прямой канал, похожий на ваши Врата второго типа, из сорок первого года в семьдесят шестой, после чего обнаружили, что не имеем возможности даже частично уменьшить его проницаемость. Два мира слились своими ноосферами, и разделить их оказалось не в человеческих силах. А не столь давно Небесный Отец даже похвалил нас за ту накладку, ведь она позволила нашей команде круто срезать угол и вписаться в несколько крутых исторических поворотов. Что касается ваших Врат первого типа, то после того, как другой коллега Путин перестанет вкачивать в них дополнительные порции ультраэнтропии, за ними будет необходимо учредить непрерывное наблюдение, чтобы, понять как они поведут себя дальше. Ведь мы тоже не более чем продвинутые пользователи, берем больше, кидаем дальше, а если прилетело не туда, куда надо, то чешем в затылке и вносим коррективы в свои действия.
— Наблюдение за проницаемостью и размерами Врат первого типа и так ведется в непрерывном режиме, — сухо произнес президент Путин из мира с вторичными порталами. — Пока никаких угрожающих явлений мы не видим, но как они поведут себя в дальнейшем, до недавних пор не было известно никому.
