— Дело в том, — сказал я, — что тот удар не был совсем уж неожиданным. Мои коллеги, что меняли историю в том мире, были людьми ответственными, и о предстоящем Тунгусском Диве не забывали. Чтобы не случилось никаких неожиданностей, ибо с взрывами мощностью в пятьдесят мегатонн не шутят, они отдали этот вопрос в проработку астрономам того времени. А уже те, изучив все материалы, самостоятельно выдвинули гипотезу с первоначальным пролетом астероида через атмосферу, которая полностью подтвердилась после того, как приближающееся космическое тело было обнаружено путем астрономических наблюдений. Единственное, что было понятно в тот момент — астероид упадет на землю тридцатого числа июня месяца тысяча девятьсот восьмого года между сороковым и шестидесятым градусом северной широты на рассвете по местному времени. Чтобы прояснить вопрос точнее, ибо за три дня в случае необходимости тоже можно много чего сделать, в Гренландское море к кромке полярных льдов заблаговременно была выслана экспедиция, в состав которой входил корабль из будущего, оснащенный мощным обзорным радаром противовоздушной обороны. Поскольку астероид во много раз крупнее даже самого большого бомбардировщика, наблюдать его можно было как до входа в атмосферу, так и какое-то время после выхода из нее, что позволяло сразу же рассчитать орбиту и с достаточной точностью предположить место падения. Как только стало понятно, что астероид целится в Северную Америку (длинная полуось эллипса рассеивания протянулась через Нью-Йорк от Багамских островов до побережья Гудзонова залива), в Вашингтон передали предупреждение о грозящей опасности. Однако ваш родственничек президент Теодор Рузвельт ответил на телеграмму из Петербурга хамской нотой — мол, не лезьте к нам с советами, мы сами знаем, что нам делать. При этом угрожаемая полоса в Канаде была очищена от населения, ибо в Лондоне аналогичное предупреждение восприняли с полной серьезностью. Обсерватория в Гарварде выдала предупреждение об угрозе меньше, чем за сутки, в силу чего попало оно только в вечерние газеты, и то не во все. А вот тут началось самое страшное. Те, кто поверил в это предупреждение, не стали сразу спасаться по способности, а утром перед рассветом толпами кинулись к банкам, чтобы сразу после их открытия снять со счетов свои кровные денежки. Там и застала их смерть. Впрочем, не удалось спастись и тем, кто попытался отсидеться в подвалах своих домов. Сначала пылающий наверху пожар высосал из подвалов весь кислород, а потом неистовый жар, раскаливший камни докрасна, испепелил тела…
На этом месте моего повествования Рузвельт длинно и нецензурно выругался, будто по профессии был портовым докером, а не высококвалифицированным юристом и политиком. Истинным Взглядом было видно, что он полностью поверил во все сказанное, и в дальнейшем с полной серьезностью будет относиться к каждому моему слову.
Закончив выражать эмоции, американский президент вздохнул и сказал:
— Я примерно догадываюсь, что было дальше. Уничтожение крупнейшего банковского кластера, имеющего связи по всей Америке, вызвало тяжелый финансовый кризис, за которым неизбежно следовала длительная депрессия…
