Алисе вдруг стало хорошо и спокойно. Первый раз с того момента, как она вырвалась из плена и оказалась среди людей, подобных ей, она испытала покой. И даже тот, кто глубоко внутри неё всегда желал только одно, будто бы замер, давая понять, что его время пока не пришло.
- Я тоже верила, что приду и спасу вас всех. Всех нас, кто был в группе, хотя я видела, как они убивали Скунса и Деда. Но ведь там были и другие. Я узнала там многих.
Алиса замолчала, улыбка исчезла с её лица.
- Ты же видел мой дар. Это Феникс, и когда он включается, то может очень многое. Может проникать сквозь любые преграды и сам при этом ничего не чувствовать. Может на мгновение делать часть себя опять материальным. А ещё он может убивать очень быстро и очень много. Здесь, на Ферме, работали сотни внешников, и я убила их всех. Убила здесь, при входе, они ещё были вооружены такими штуками против танков. Потом поднялась и убила всех на втором этаже. Внизу, лабораториях и ещё ниже, там были не только внешники, но и муры. Я просто скользила сквозь их тела, и они падали уже мертвыми, даже не успевая ничего понять. Но самое главное, мне это безумно нравилось. Мне хотелось продолжать и продолжать это делать. Когда я превращаюсь в призрака, я становлюсь совсем другим существом, это уже не я, а кто-то другой. Кто хочет только одного - убивать. И делает это с удовольствием.
Она повернулась к Умнику, внимательно посмотрела ему прямо в глаза.
- Я никому так детально этого не рассказывала, даже командиру, но я боюсь, что в какой-то момент исчезну и вместо меня останется только тот, другой. Но в тоже время я и не хочу, чтобы он исчез. Это очень сильный дар, и он помогает нам побеждать. Еж – один из стронгов нашего отряда, сказал, что это сам Стикс послал дар, помогая нам сокрушить набравших слишком много сил внешников. Восстановить баланс.
Алиса замолчала, а Умник, к своему удивлению, анализировал слова девушки с позиций ученого. Вполне возможно, что система, которая здесь всем управляет, может использовать людей для изменения.
- А наш Капитан называет меня «тяжелым вооружением».
Алиса ещё раз окинула себя взглядом, потом посмотрела на Умника и искренне спросила: - Ну разве я такая тяжелая?
Этот вопрос вызвал новый приступ смеха и заглянувший в комнату Еж обнаружил никогда прежде невиданную картину – Алиса смеялась.
Несколько секунд он просто смотрел, удивляясь тому, как искренне звучит смех девушки, а потом улыбнулся сам и спросил: - Поделитесь, что вас так развеселило.
Капитан несколько раз давал себе зарок ничему не удивляться в Стиксе. Ну сколько можно? Здесь было много чудес, много разных необычных и непонятных вещей. Он сам делал такое, от чего пришёл бы в изумление не так давно. Но вот подлости человеческой натуры он не удивляться не мог.
Вот и сейчас, идя по коридорам Фермы, он опять удивлялся. Удивлялся тому, как одни люди могли так использовать других. С обеих сторон располагались лаборатории, испытательные боксы, непонятно для чего нужные полностью огороженные толстым стеклом комнаты и холодильники с «готовой продукцией».
Командир стронгов знал, почему ненавидят внешников, но по-прежнему воспринимал борьбу с «шаровиками» как продолжение своей войны, которую он принёс с собой в Стикс. Войны с врагом, которого нужно победить, даже если для этого его придётся уничтожить. Но только сейчас он до конца осознал, что это не так. Здесь не было никакой войны. Со стороны внешников это было просто использование такого ценного ресурса, как иммунные. Никакой ненависти или чего-то еще. Просто очень выгодно взять и вырезать из человека, которого они не считают таким, что-нибудь нужное кому-нибудь другому. Всё очень просто.
Зайдя в один из таких «складов», Капитан едва не потерял своё привычное хладнокровие и выдержку. Целая стена боксов с легкими, сердцами, почками и другими человеческими органами, ждущими своего часа, чтобы быть отправленными на Землю. Скорее всего, здесь могли быть несколько штук от одного и того же иммунного, это же так удобно, когда регенерация быстрая.
Но не это заставило усомниться в своей выдержке Капитана. В комнате был отдельный отсек, отделенный от остального пространства стеклом. И там, на столе находилось то, что осталось от человека. Которого разбирали на запчасти.
Вокруг стола на полу лежали люди в белых халатах – Феникс прервал их жизни. Они всё еще сжимали в руках инструменты, и вот тогда Капитан понял, что больше не может этого выдерживать.
Ненависть к «шаровикам», которая была до этого сильной, но вполне укладывалась в обычные рамки, стала такое нестерпимой, что командир стронгов усомнился в своей способности адекватно реагировать на этих людей.
Поэтому, зайдя в комнату, где содержались пленные внешники, Капитан испытал сильнейшее желание убить их всех. Желательно самыми садистскими методами.
