Холодильник, благодаря отцу, никогда не пустовал. В нем всегда водилась осетринка, буженина, французский сыр, трюфели и другие деликатесы. Папа руководил рестораном «Эдельвейс», который считался самым престижным и процветающим в Николаевске. Приватизация начала девяностых не обошла ресторан стороной. Отец Алисы живо подсуетился и не без помощи местных чиновников прибрал ресторан в свои хозяйские руки. Эти чиновники частенько ужинали в «Эдельвейсе» и был он с ними на короткой ноге.
В единственной дочери родители души не чаяли, и все желания Алисы выполнялись с самого раннего детства. Алису это полностью устраивало до тех пор, пока самыми большими желаниями ее были немецкие куклы, плюшевые медведи да красивые платья.
Класса с девятого желания изменились. Манила и притягивала взрослая интересная жизнь: хотелось ходить на дискотеки, гулять допоздна. Но папа грозно стукнул кулаком по столу: «Никаких дискотек! Там одно безобразие – нечего тебе там делать!», и с весельем не сложилось. Он даже на школьные не пускал – а там-то учителя за порядком следят строго. Но для папы это был не аргумент. Все в классе посещали эти школьные дискачи, а она нет. Ну и Марина тоже без нее, конечно, никуда не ходила.
Всё изменилось к середине десятого класса. Тогда папа в первый раз отпустил Алису на школьную новогоднюю дискотеку, а поспособствовал этому, как ни странно, Илья. Маринке тогда очень захотелось пойти на этот вечер, но она не хотела идти без Алисы. Вот Марина и уговорила брата помочь. Илья заявился к ним домой и упросил отца отпустить Алису. Родители Илью уважали. Они же не знали, с какой неприязнью он к ней относится. С ними-то он был безупречно вежлив, Алису не задевал, а еще очков ему добавляло то, что он хорошо учился и занимался спортом.
Он пришел и сказал, что на этих школьных вечерах все чинно и благопристойно, никакого алкоголя и других запретных радостей, и родители ему, конечно же, поверили.
Ту первую дискотеку Алиса до сих пор помнила: как зашумело в голове и стало вдруг очень весело от первого выпитого стакана вина, которое втихаря протащили мальчишки, и как потом одноклассницы предложили выкурить сигарету. Алиса закашлялась и так и не поняла, что за кайф от этих сигарет. И как потом на следующий день раскалывалась голова. И как боялась, что родители учуют запах и больше никуда не отпустят. Но, на ее счастье, все обошлось – родители ничего подозрительного не заметили и она продолжала благополучно посещать школьные дискотеки, отрываясь на них по полной программе.
***
На этот раз последний стакан того дешевого пива, что подливал ей Димон, явно был лишним… В голове наутро как будто отбивали дробь тысячи маленьких молоточков. Алиса нехотя встала с постели и, сунув ноги в пушистые тапки, прошлепала на кухню, заглянув по пути в спальню родителей. Их не было. Интересно, куда они умотали в такую рань в воскресенье? На рынок, скорее всего…
Выпив таблетку цитрамона и чашку крепкого кофе, она приняла душ и вернулась к себе, намереваясь весь день проваляться в кровати. Видеть никого не хотелось.
После обеда явилась Марина. Алиса так и знала, что долго дуться подруженька не сможет и придет мириться.
– Привет. – Лицо у Маринки было обиженно-оскорбленным.
– Привет, проходи. – Алиса впустила подругу, кивнув ей на дверь в свою комнату. Прихватив из кухни вазочку с крекерами, пошла следом.
Алиса залезла с ногами на кровать. Примостившись на пушистом покрывале, она принялась молчаливо поедать печеньки. Маринка последовала ее примеру.
– Ну, вот чего ты обижаешься? – начала Алиса. – Я не виновата, что твой Алексей обратил внимание на меня. Заметь, я ведь ничего для этого не сделала! Ну вот скажи, я хоть чем-то его спровоцировала?
– Наверное, нет… – вяло ответила Марина.
– Не наверное, а точно нет! Танцевать я с ним отказалась? Отказалась! Как монашка вырядилась? Вырядилась. А вот ты вместо того, чтобы краснеть и бледнеть, могла бы хоть поздороваться с ним. Еще был хороший шанс заговорить с ним – когда он вышел к нам на балкон. Так ты стояла как дундук.
– Да как бы я заговорила? – вскинулась Маринка. – Я… я не знала, что ему говорить.
Алиса шумно вздохнула.
– Не знала, что говорить! – передразнила она. – Твой брат его друг. Вот и спросила бы что-то про Илью!
– Я… это… растерялась, в общем.
– Растерялась она… Пока будешь теряться, уведут твоего Алексея. Та же кобра Светка.
Алиса закинула в рот печенье.
– А почему она кобра? – Марина посмотрела на нее с непониманием.
– Ну как почему… Ты видела, как она танцевала? Извивалась там вся из себя. Еще и в юбке кожаной. Ну кобра же натуральная. – Алиса хохотнула. Марина кисло улыбнулась.
– А эта кудрявая угрожала еще тебе… Слушай, а вдруг они и правда что-то сделают?
– Хм, да что они мне сделают? – пожала плечами Алиса. Взяв с прикроватной тумбочки бутылку с минералкой, отхлебнула сама, потом передала Маринке. – Я их не боюсь, и Светку, и эту леопардиху. Пусть только сунутся.
