– Когда я была маленькой, – заговорила снова Черевродепаха, – то ходила в школу в море. Нас учила очень старая леди, которую мы называли Сухопутной Черепахой.
– Сухопутная в морской школе? – удивилась Алиса.
– Это потому, что она передвигалась по суше очень медленно, – недовольно пояснила Черевродепаха. – Какая ты бестолковая!
– Ведь просили же тебя не мешать! – пристыдил Алису Грифон, и они с Черевродепахой укоризненно уставились на бедную девочку, которая готова была провалиться сквозь землю.
Время шло, молчание затягивалось, пока наконец Грифон не сказал:
– Продолжай, старушка! Не целый же день нам здесь сидеть!
– Итак, мы ходили в школу, в море, – снова начала Черевродепаха, – хоть ты, я вижу, и не веришь этому.
И она искоса взглянула на Алису.
– Я не говорила, что не верю, – возразила та.
– Нет, говорила, – заупрямилась Черевродепаха.
– Придержи свой язычок! – предвосхитил возражения девочки Грифон.
– Мы получили прекрасное образование, – продолжила между тем рассказчица, – так как ходили в школу каждый день…
– Я тоже хожу в школу каждый день, – не удержалась Алиса. – Не понимаю, чем тут гордиться.
– А необязательные предметы у вас есть? – оживилась Черевродепаха.
– Конечно. Французский язык и музыка.
– А стирка?
– Стирка? Нет…
– Ну, значит, твоя школа хуже моей, – облегчённо вздохнула Черевродепаха. – А мы учили французский язык, музыку и стирку.
– А сколько часов в день вы учились? – поинтересовалась Алиса.
– В первый день – десять, во второй – девять и так далее.
– Как странно! Значит, на одиннадцатый день у вас был праздник?
– Конечно, – подтвердила Черевродепаха.
– А что же было в двенадцатый?
– Как скучно: школа, уроки… – зевнул Грифон. – Рассказала бы лучше про игры. ♠
Черевродепаха глубоко вздохнула, смахнула слезу перепончатой лапой, взглянула на Алису, разинула рот, но не могла произнести ни слова – её душили рыдания.
– Ей, кажется, кость попала в горло, – сказал Грифон и стал трясти Черевродепаху и колотить по спине.
Наконец она успокоилась, хотя слёзы по-прежнему текли у неё из глаз, и спросила у Алисы:
– Ты, должно быть, редко бывала на дне морском?
– Вообще никогда не была, – честно призналась та.
– А может, ты и с Омарами не знакома?
– Нет, почему же! Я однажды ела омара… – начала было Алиса, но вовремя спохватилась: – Очень жаль, но нет.
– Значит, ты и понятия не имеешь, что это за прелесть – «Кадриль Омаров»!
– Вы совершенно правы. Как же её танцуют?
– Сначала, – вступил в беседу Грифон, – все становятся в ряд на морском берегу…
– В два ряда, – уточнила Черевродепаха. – Тюлени, лососи, черепахи, ну и все остальные. Затем, когда очистят берег от медуз, морских звёзд и им подобных…
– На что уходит довольно много времени, – добавил Грифон.
– Затем все встают парами, – взволнованно продолжила Черевродепаха.
– Омары за кавалеров! – крикнул Грифон.
– Разумеется. Пара делает два шага вперёд, подходит к своим визави…
– Меняются кавалерами и возвращаются назад, – добавил Грифон.
– Потом бросают… – с жаром подхватила Черевродепаха.
– …Омаров! – воскликнул Грифон, высоко подпрыгнув.
– Как можно дальше в море!
– И плывут за ними! – пронзительно прокричал Грифон.
– Делают кувырок в воде! – ещё громче воскликнула Черевродепаха, подпрыгнув и перевернувшись в воздухе.
– Снова меняются кавалерами, то есть Омарами! – заревел Грифон.
– И возвращаются на берег. Это первая фигура, – сказала Черевродепаха, и голос её вдруг сник.
Оба, и Грифон и Черевродепаха, всё время прыгавшие как безумные, вдруг погрустнели и уселись рядом, молча глядя на Алису.
– Это, должно быть, замечательный танец, – помолчав, неуверенно проговорила Алиса.
– А хотелось бы тебе самой его увидеть? – спросила Черевродепаха.
– Да, пожалуй, – вежливо ответила девочка.
– Покажем ей первую фигуру? – предложила Черевродепаха Грифону. – Обойдёмся пока без Омаров. Только вот кто будет петь?
– Давай ты, – сказал Грифон. – Я слова забыл.
Они начали танцевать вокруг Алисы, то и дело наступая ей на ноги и выбивая такт передними лапами. Черевродепаха же запела медленно и грустно:
