-- Знаешь, мать, я все же скажу, как же ты была неправа, скрывая, что я дочь Валентина. Скольких радостей ты его лишила, - она вернулась, обняла Валентина, прислонилась щекой к его плечу. - Папка, миленький, родненький, прости меня, за все прости, - Ирина расплакалась окончательно: - И мать у меня дура, лишила тебя дочери, - всхлипывала она, - И я тоже дура была, когда обижалась. Я люблю тебя, папка, очень люблю. Я никогда не буду больше Валентином называть. И Жорке не дам. Ты - наш папка, папочка. Папка, ты самый хороший у нас. Я очень люблю тебя. Хочешь, я сменю даже отчество. А что, я буду Ириной Валентиновной и сестренка будет... Как вы её назовете? Мам, ну что ты молчишь? Имя пора придумать.
-- Я думаю, какая я была дура, - ответила Алина. - А имя даст отец. На теплоходе он когда-то говорил, что у нас с ним будет дочь Ирина. Я не забыла об этом.
Елена улыбалась.
-- Зося, - сказал Валентин.
-- Что Зося? - не поняла Ирка.
-- Зосей назовет папа девочку, - пояснила Елена.
-- Ой, как хорошо, как милую нашу бабулечку, - обрадовалась Ирина. - Значит, Софья Валентиновна и Ирина Валентиновна. Звучит!
-- Угомонись, - сказала мать. - А то завтра будешь думать, как оправдаться перед отцом, чтобы не менять отчество.
-- Папка, я же говорю, что она д-д-ду... ничего не понимает. Папка, я тебя люблю. И Ленка любит, только она говорить не умеет. Мы все тебя любим. Ты самый лучший папка в мире. А отчество я все равно сменю! Я - дочь Орлова Валентина.
Девочки уехали. Валентин счастливо улыбался, Ирка все-таки прокричала на весь свет о том, что она любит родного отца. Валентин еще побыл с Алиной, девочка спала у него на руках. Имя Софья у неё осталось.
Вечером поздно позвонила Ирина отцу, сообщила, что умер старый дед Григорий. Валентин запретил говорить Алине. Деда похоронили тот же Валентин и внучки с мужьями.
Через несколько дней Валентин привез домой жену и дочь. Он сам внес девочку в свой дом, осторожно положил в кроватку. Алина развернула ребенка. Долго, не отрываясь, сидел мужчина возле девочки, с каким-то удивлением все всматривался в маленькие ручки, ножки, глазки. Вот Сонечка проснулась, сморщилась, заплакала, Алька взяла дочь на руки, перепеленала, поднесла к груди. Ребенок зачмокал довольно. Не отрываясь, смотрел мужчина на самых дорогих людей. Дочка начала засыпать снова. Женщина бережно положила её в кроватку, оглянулась на мужа.
-- Алька, - удивленно произнес Валентин. - Какая у тебя стала грудь! Как в девичестве, на теплоходе.
-- Молока много, - улыбнулась Алина. - Вот и округлилась.
Про себя подумала: не скоро муж решиться поцеловать теперь её грудь. Опять будет молоко сочиться, надо что-то подложить в бюстгальтер. Но Валентин подошел, обнял жену, потом нагнулся и поцеловал её грудь.
-- Ты у меня удивительная женщина. А пахнет от тебя теперь совсем по-другому.
-- Чем? - встревожилась Алина от такого странного комплимента.
Валентин засмеялся:
-- Так наша Сонечка пахнет. Молоком, наверно.
Он опять поцеловал полную грудь женщины. Обнявшись, стояли они около детской кроватки, глядя на свою неожиданную позднюю радость - маленькую дочку, по имени Сонечка. Им хорошо было вместе. А Валентин невольно думал: если бы перед ним сейчас встал выбор между женой и маленькой дочерью, как когда-то пришлось выбирать Альке, кого бы выбрал он? Ответа не было на этот вопрос. Господи, что же испытывала Алина много лет назад, когда родила Еленочку, как рвалась её душа между двумя дорогими людьми. Как она пережила это и не сошла с ума? И как-то надо сказать жене, что умер её старый отец.
-- Валя, что случилось? - зеленые глаза жены, не мигая, смотрели на мужа.
-- Она, наверно, умеет читать мысли, моя колдунья, - подумал мужчина.
-- С детьми у девочек все в порядке?
-- Все, - коротко ответил Валентин.
-- Умер отец? - спросила Аля.
-- Да, - кивнул Валентин. - Вчера похоронили.
-- Я знала, я чувствовала это, - грустно произнесла Аля. - Он в последнее время все снился и прощения у меня просил, что не мог защитить от Дарьи. Когда он умер?
-- Четыре дня назад.
Алина перекрестилась.
-- Прости и ты меня, отец, что не попрощалась, не проводила тебя в последний путь. Где похоронили?
-- Возле Дарьи.
-- Наверно, правильно. Как он умер?
-- Он очень обрадовался, узнав, что ты родила девочку. Выпил даже немного вина с молодежью. Потом ушел дремать, как всегда. Анастасия Алексеевна сидела с ним. Отец был в сознании, в ясном уме, попросил позвать Ирину. Она была с ним эти последние минуты. Наша дочь, Аля, оказывается, сильная женщина. Не испугалась, не стала никого звать, когда Григорий сказал, что умирает. Сама закрыла деду глаза.
-- Да, я знаю, у Иры твой характер. Ты не сдаешься никогда.
-- Зато потом она так отчаянно ревела.
-- И это нормально для Ирины, - слабо улыбнулась Алина. - Отец что-нибудь говорил перед смертью?
-- Ира сказала, что он, умирая, просил любить своих детей и не давать в обиду.
И Алька заплакала. Валентин, как всегда, обнял, облегчая её страдания.
