– Ли-на… – Я каменею, грудь сжимается, а из легких исчезает воздух.
– Мама?
Не может быть.
– Доченька… – я слышу плач, от которого сердце рвется на куски.
– Что там? – Я хватаю Эргана за запястье, и с мольбой смотрю ему в глаза.
– Не знаю. – настороженно отвечает он. – Скорее всего, потайная комната.
– Ты можешь открыть?
– Да, но нам нужно вернуться вовремя.
– Пожалуйста, открой. Я боюсь что там… Этого не может быть. – Я сомневаюсь и с трудом произношу слова, в груди звенит колокольчик, терзая меня на части.
– Ты думаешь, что там может быть твоя мать? – спрашивает Эрган, и я киваю, чувствуя, как горло сдавило от ужаса моих предположений.
Скрежет повторяется. Он отдается тугой и невыносимой болью в сердце. Когда последний раз я навещала ее в пансионате? Когда отец мне разрешил. Летом… Около месяца назад. Не так давно.
– Это может быть ловушкой. – предупреждает Уголек.
– Мне все равно. – Я смыкаю губы, пытаясь унять дрожь в подбородке. – Оставишь меня здесь, а сам уйдешь. Открой пожалуйста.
Я все еще держусь за запястье Эргана, как за соломинку. Опять.
– Хорошо.
Эрган подходит к книжным стеллажам, а я кусаю губы, которые вдруг стали солеными.
Я слышу скрежет, как будто из-за стены рвется наружу животное. Оно отчаянно скребется.
– Мама. Это не может быть мама… – шепчу я сама себе. Она ведь в пансионате для сумасшедших. Она не может быть здесь… Или…
Я наблюдаю как Уголек произносит заклинания, это занимает чуть больше минуты, и запускает огненную змейку, которая, на этот раз, показывает очертания потайной двери и открывает ее.
Из темноты показывается бледная рука, с исцарапанными в кровь ногтями.
– Ли-на. До-ченька.
Я подбегаю к обессиленной фигуре распластавшейся на полу. Ее волосы завязаны в колтуны. Руки и ноги закованы в кандалы.
– Мама… Мамочка… – Мои слезы текут вниз рекой. – Что он с тобой сделал? – Я шокирована увиденным. Мои глаза блуждают по телу матери, прикрытому серой от грязи сорочкой. Я боюсь увидеть на ней серьезные раны. Боюсь что не выдержу этого.
– Ли-на… – Блаженная улыбка появляется на лице моей матери. Она касается указательным пальцкм моей щеки. Я тянусь к ней, чтобы обнять.
– Мамочка… Как он… посмел! – Мое поле зрения размывается от слез, я не успеваю вытирать их рукой. Даже если у моей матери сумасшествие, он не должен был так с ней поступать! Сейчас он сидит в роскошном ресторане, а сам… Сам запер мать за стеной. Я нежно сжимаю ее ладонь, пальцы в крови. Она скреблась что есть сил, чтобы привлечь внимание. Мой мир падает.
– Кайлина, тебе нужно срочно уходить. – говорит мне Эрган, но я не могу смириться с увиденным. Отец забрал мать из пансионата и… закрыл ее в своей гребанной и мерзкой потайной комнате… Он заковал ее в кандалы! Без света, без еды! Она такая бледная и худая.
– Мамочка… Мне нужно было понять… Я должна была тебя защитить. – Мой голос сбивается, я задыхаюсь.
– Лина. – Одергивает меня Эрган, называя так, как меня называла только мама. – Я позабочусь о твоей маме. Тебе нужно просто зайти в портал. Я останусь здесь, найду способ освободить ее и забрать в безопасное место.
Он хватает мой подбородок руками, заставляя посмотреть в его глаза.
– Тебе нужно вернуться и выиграть больше времени, чтобы твой отец не вернулся сейчас. Чем больше времени, тем дальше я смогу ее спрятать. Ну же, Лина! Соберись!
Как я могу ему доверять, ведь даже родной отец смог сделать такое. Я отталкиваю его руки и срываюсь в плач, беспомощно прижимая к себе бледное тело слабо улыбающейся матери. Сейчас я ненавижу весь этот мир, я готова его уничтожить.
– Все будет хорошо. Доверься мне. – голос Эргана приводит в чувство. – Я не буду ничего делать, пока ты мне не позволишь.– говорит он. – Если ты сейчас вернешься, у меня будет возможность спрятать твою маму в надежное место. Если же мы останемся тут, у нас троих будут серьезные проблемы.
– Но как вы выберетесь без ключа? Эти кандалы зачарованные, отец сразу узнает что они взломаны!
– У меня есть способ…
Я киваю. Не знаю почему я настолько доверяю Ларкхарту. Но если папа учует что-то неладное, прибудет в кабинет или призовет стражей, Эрган не успеет снять кандалы с мамы и увести ее. А это сейчас самое главное.
– Я постараюсь его отвлечь. Спрячь маму. Пожалуйста.
Я обнимаю маму напоследок. На секунду встречаюсь взглядом с Угольком, перед тем, как прыгнуть в портал и оказаться в дамской комнате ресторана Монте Маджик, напротив огромного зеркала, заплаканная, с покрасневшими глазами.
Раз. Два. Три. Я пытаюсь восстановить дыхание. Стук в дверь уборной.
Кайлина
– Кайлина, все в порядке? – я слышу голос Валериана. Меня не было… Я смотрю на рунаком. Почти десять минут. Десять мучительных минут.
– Все. В порядке. – Рассудок возвращается ко мне. И заставляет думать, блокируя любые чувства.
– Твой отец уже вернулся, но без тебя. И графиня волнуется куда ты пропала. – говорит он через дверь, пока я привожу лицо в порядок. – Ты же знаешь что это неприлично? Встать из-за стола и закрыться в дамской комнате, пока все тебя ждут.