— Что ты здесь делаешь? — выдохнула я, вцепившись в свою сумку и замерев на месте. Не успела сделать и десяти шагов, называется!
Он замер, явно не ожидая меня увидеть. В расстёгнутом пальто, из-под него выглядывал голубой пуловер, который хорошо смотрелся с цветом его глаз. И привычные черные брюки на ремне. Склонив голову набок, Хранитель смотрел на меня с теплотой, жадностью и любопытством — отмечая, что я одета по погоде и куда-то направляюсь. Он моргнул и его взгляд стал хитрым.
— Ты сказала, что хочешь днём увидеться. Я подумал заехать. Позвать тебя…
Он умолчал следующие слова про «куда-нибудь» или даже «к себе», как вчера, видя, что я напряжена и взвинчена.
— У меня планы. — Я произнесла это слишком резко. Нервно. Будто посылала его восвояси. — Я ведь написала тебе…
— Я был уже здесь, — извинился он. Я задержала дыхание. Мой взгляд бегал по кустам, лишь бы не сталкиваться его серо-голубыми глазами. Лишь бы Арриан не прочитал в моих всё то… что я боялась ему сказать. Все мои тайны. — Хорошо. Я неверно тебя понял. Желание тебя увидеть было выше — немного успокоился Арриан и сунул руки в карманы, затем склонил голову и продолжил пожирать меня взглядом. — Могу проводить, куда бы ты не собиралась…
Он ещё что-то говорил. Моего слуха не хватило — мысли ушли в безнадёжные дали: голос Арриана растворился в тумане задумчивости, заволокшем мое сознание. Я уже представила, как он увидит Ника и… Стало страшно. Сердце заколотилось в груди.
— Дара?
— А, да? — вынырнула я из своих мыслей.
— Всё в порядке? — строго спросил он, касаясь моей руки своими тёплыми пальцами. — Ты выглядишь потерянной и взвинченной, — взгляд Арриана стал настороженным и прищуренным — явно напрягаясь от переживаний за моё самочувствие. — Николас что-то тебе сказал вчера?
Я дернула плечом, вспоминая его оглушительный крик, раздавшийся эхом по соседним домам. Черные провалы вместо глаз. Пришлось срочно отмахиваться от видения. Сегодня всё иначе!
— А ты не слышал? — переспросила я, намекая, что Арриан вчера присматривал за мной. Его сила взлохматила мои волосы сейчас, равно как и вчера, приласкав щёку будто тыльной стороной ладони. Я задрожала от этого трепета и судорожно выдохнула.
Он утвердительно покачал головой и тяжело вздохнул. Я видела залегшую складочку между его бровей.
— Значит, ты все знаешь, — сделала вывод я.
— Не всё. Скажем так, до меня долетали только очень громкие звуки, — на этих словах он сощурился, и в его взгляде появилась злость. Ник, который кричал, и я срывалась на крик и угрозы. Да, пахло жареным. — Мне жаль, что я вас подслушал. Но допустить ещё одного всплеска, угрожающего твоей жизни, я не мог.
Я глубоко втянула в себя воздух, вспоминая, как темная магия раздробила окна, а я чудом не пострадала. И я помню, как столкнулась с Аррианом в коридоре. Если подумать, то, что он увидел… Я даже себе представить не могу, сколько сил ему стоило просто смотреть на разрушенные стекла в кабинете Ника и осознавать, что там происходило.
— Он больше не будет, — заверила его я. И откуда в моем голосе твердость и уверенность?
— Почему ты так в этом убеждена?
— Он собирается создать печать на своем теле, ограничить магию татуировкой, — выдала я. — Сегодня. И я…
Арриан так тяжело вздохнул, будто услышал нечто, что заставило его ревновать.
— Ты собиралась ехать к нему.
Он не спрашивал, а констатировал. И его голос вроде ровно звучал, спокойно, никаких обвинений — а я испытывала стыд и напряжение.
— Да, — едва слышно прошептала признание я.
Мы молчали.
— Не скажу, что рад этому, — он качнул головой и снова прищурился. — Я не уверен, что Николас сможет держать себя в узде.
— Он для этого и делает печать! — возмутилась я.
— Что ты об этом знаешь?
Я открыла рот. И закрыла. Даже если мне казалось знакомым имя мастера, я ничего не знала. Да, татуировкой запечатывали магию в теле. Это куда надёжнее и лучше, чем артефакты.
— А что знаешь ты? — полюбопытствовала я.
— Прежде чем татуировка, которая ограничит его силу, будет завершена, есть очень большая вероятность, что Николас сорвётся. Все будет зависеть только от него самого и его самоконтроля. А как ты знаешь, с этим у него как раз беда. И ты снова будешь рядом. В опасной близости от него! — выдыхал Арриан, а в его глазах начинали сверкать молнии.
Он говорил это вовсе не из ревности. Его тревога за меня была огромной, он безумно хотел защитить меня или сделать всё, чтобы я не пострадала. Уверена, после того как Хранитель увидел разбитое в мелкую крошку стекло, соединённое тонкими жилами тьмы, — он дал себе мысленное обещание не допустить подобного вновь.
Я чувствовала себя абсолютно глупой, стоя рядом с Хранителем, который буквально умолял меня взглядом не делать глупостей — передумать. Как я могу ему объяснить, что я…
— Я знаю, на что иду, Арриан!
Моё сердце пропустило удар. Я не могла разорваться. Не могла отказаться от Ника, когда я была так ему нужна! Только не сегодня!
Вот поэтому я хотела оставить всё в тайне!
