— Почему вы обхаживаете меня? Вьетесь со своим сыном, пытаетесь расположить к себе.
Я не верила в свою «особенность», но чем чаще мне о ней повторяли, тем сильнее разрасталось зерно сомнения.
И тут я вспомнила свой сон. Как мама ему отказала, называя его просто Кай. Их связывало нечто личное. Но вышла она за моего отца. Мама отказала самому Кайрилу, променяла Темного на обычного мага. Какая ирония! Видимо, у них семейная страсть — охотиться за девушками нашей семьи. Мужчины, не принимающие отказа. Семья твердолобых баранов.
— Маму вы тоже пытались связать узами брака.
— Я давал твоей матери шанс, теперь предлагаю его тебе, — его тон стал жёстче, а темные глаза смотрели прямо мне в душу. Я сглотнула. — Передумай, Салдарина. Ты нужна Николасу. С нами безопасно. — Он сделал многозначительную паузу. — Этот мир тебя разорвёт, проглотит, и не подавится. Думаешь, сможешь выжить?
— Уходите!
Я покачала головой, закрыв глаза. Когда это кончится?
— Знаешь, почему ты до сих пор живёшь среди людей? Ты делаешь неправильный выбор, раз за разом.
— Вы! — Нервы сдали, и я засмеялась Такая вот защитная реакция. — Вы! Пришли сюда, чтобы читать мне нотации? — Это казалось мне абсурдом. — Ваш сын знает, что вы сейчас здесь?
— А есть разница? Думаешь, сможешь прятаться за моего сына?
— Вы мне угрожаете. Раньше вы не опускались до личных угроз…
И вдруг поняла, как ошиблась, произнеся эти слова. Я вспомнила, как несколько лет назад, перед тем как я сбежала, оборвав все связи, Кайрил так же пришел ко мне. Он был зол и сыпал угрозами, гораздо более мощными, чем сейчас. Тогда он пытался запугать меня, сейчас — поиграть, договориться. Его глаза были полны злости, они искрились, желая утопить меня во тьме. Он ненавидел свой проигрыш в тот момент. И спрашивал, спрашивал, спрашивал о том, как так вышло, что контракт «сгорел» в моих руках. Заставлял повторять раз за разом, пока я не начала икать.
Мой разум стёр многое из той встречи, защитив меня. Кайрил тоже поспособствовал забвению. Остался только страх за свою жизнь, который заставил меня двигаться без оглядки. Я вспомнила, что бежала из страха не сколько перед Ником, сколько перед его отцом.
И он меня отпустил. А теперь, когда я снова вернулась в мир магов, всё завертелось. Однако ни разу за столько лет, никто из Рейнсейров не объявился, перерыв целый город. Хотя они могли. Почему? Почему меня так просто отпустили, приняв мою волю и выбор?
— Когда вы уйдёте, я снова забуду, как вы выглядите и наш диалог?
— Как выгляжу — да. А беседу вряд ли.
— Тогда почему я не помнила ничего из прошлой нашей встречи? До этого момента…
— Потому что она была бессмысленна. Мы ни к чему не пришли. О чем можно говорить с запуганной малолетней девчонкой.
— Сейчас, значит, я уже не девчонка? — с издёвкой прошептала я, насмехаясь над магом.
— Ты напугана. Я отчётливо чувствую твой страх. — Кайрил глубоко вздохнул, словно смакуя воздух, который втягивал в себя. Потом опустил взгляд на книгу, которую я сжимала в руках и кивнул, указав на неё: — Что ты знаешь о нас?
Я смутилась от такой резкой смены темы, опустила голову, провела рукой по шершавой тканевой обложке.
— Везде написано одно и тоже. — пожала плечами я. Открыла книгу, пролистала её до той главы, на которой остановилась. — Во времена, когда магов нещадно убивали, наш мир раскололся. Видимо, почуяв кровь и хаос пришли Демоны из того же мира, что и Хранители. Из кучки особо возмущенных людей выбрали Девятерых. Каждый из Демонов избрал из них троих себе в услужение. Избранные получили силу Демонов, став первыми Тёмными в истории магии. Люди подумали, что те помогут им в борьбе с магами, имеющими силу Хранителей, и «справедливость», наконец, восторжествует. Но первые Темные обманули людей, присоединившись к собратьям-магам и помогли защитить всех от внешней угрозы. Мир перестал быть общим, люди остались ни с чем, а маги живут по сей день под сенью тайны.
— А где же Демоны в этой истории? Куда они делись?
— Про них ничего не пишут, — захлопнув книгу, произнесла я и подняла свой взгляд на Кайрила. Он так спокойно перешёл к этой теме, явно желая поделиться тайнами, которые заставят меня передумать. И я оказалась права.
— А я расскажу, почему не пишут. Всё, что люди знали, стёрлось из нашего мира с уходом Демонов. Никто из живших свидетелей не захотел упоминать о тех событиях. Даже официально спустя пару веков. Об этом знают немногие, передавая истину из уст в уста, не нарушая запретов, наложенных нашими предками.
Всё внутри меня противилось его голосу, словам. Николас меня пугал, но не вызывал рвотных позывов. А Кайрил доводил меня до исступления. Сейчас он особенно расшалился, выпустив часть своей силы, чтобы устрашить. Я пыталась отстраниться, держать лицо. Выходило плохо, я смотрела в пол, немного отвернувшись.
