— Силу? — нахмурилась она ещё больше, при этом не сдвинувшись и на миллиметр.
— Ну, чем там одаренные пользуются? Дар, внутренняя энергия, сила мира?
— Так и говори, что дар. Но что его ощущать, он же всегда внутри меня.
— А что расходует дар, когда ты лечишь?
— Запас сил… Всё, я поняла! И что дальше? Ну, села я… — всё же устроилась она на досках.
— Настраивайся.
— Что-то покалывает. Это опасно?
— Да вроде нет.
— Эд, ты лучше так не шути… О-о… Оу… — выдохнула она. — Ни хрена ж себе!
— Что чувствуешь?
— Как будто два пальца в розетку сунула… — ответила она тихо, полностью уйдя в себя. А через пару минут вынырнула, посмотрела на меня строго и испуганно. — Ты хоть понимаешь, что сделал?!
— Подзарядку для одаренных?
— Да! Я никогда о таком не слышала. Сможешь повторить?
— Смогу.
— Тогда не знаю, радоваться за тебя или нет. Если ты умеешь делать такие штуки, то… Парень, это очень ценно для одаренных. Очень. Настолько, что и убить могут.
Слово за слово, Ольга разговорилась, и я выяснил много интересных подробностей. Оказывается, с даром не всё так просто. Есть начальные данные, которые проявляются при рождении. Аристократы тратят много сил, чтобы обеспечить своим детям лучшие стартовые условия. Что для этого делается, я уже знал. Охота на зверей как единственное рабочее решение. Но развитие на этом не заканчивается. Специальные тренировки, отработка навыков, тайные родовые практики, ритуалы…
— Подробностей я тебе не расскажу. Меня никто и никогда не учил. В монастыре такого не было. Так, кое-чего на работе нахваталась, когда полевым медиком устроилась. Но далеко продвинуться не смогла. Есть простые практики, как раскачать источник. Проблема их практик в том, что если запас сил маленький, то особо и не раскачаешь. Это нужно часами сидеть в медитации. Ещё и силы тратить, которые медленно восстанавливаются. Это возможно, если у тебя есть поддержка семьи. Но затруднительно, если ты один и надо ещё работать, то есть тратить дар совсем на другое.
— Получается, с поддержкой ты теперь сможешь развиваться как маг?
— Может, и смогу, — задумалась она. — Но уж точно не сейчас. На первом месте у меня ребенок, а там посмотрим. Есть мнение, что в возрасте большой скачок уже не сделаешь, но даже само по себе ускоренное восстановление сильно упростит жизнь.
Я тяжко вздохнул. Жаль, что она не хочет сейчас эту тему развивать. Я-то, когда привёл её сюда, надеялся на ряд экспериментов, но, видимо, их придётся отложить. В создании самой печати ничего сложного нет. Если ещё подумать, я наверняка доработаю формулу, но это даст минимальный прирост эффективности. Сбор энергии — это как ловля рыбы. Ловить надо там, где она есть. Я не просто так выбрал это место за домом. Именно здесь сходились потоки энергии. Ближайшая подходящая точка — рядом с моей берлогой. Может, ещё в округе где есть, но точно не близко.
Если то, что Ольга рассказала, действительно так, получается, я изобрел важную штуку для магов. Понять бы теперь, как это использовать в личных нуждах. Хотя что тут думать. После начала тренировок с Сергеем я постоянно нуждался в подпитке. Как минимум это пойдет мне самому на пользу.
Конец декабря преподнес несколько сюрпризов. Как приятных, так и не очень. Я совсем позабыл, что в местной культуре конец года — большой праздник. А ещё, что у школьников в это время каникулы. Я порадовался, так как высвободилось время на свои дела. Но была и печальная сторона. Лену родители увезли к родственникам в другой город. Сначала мне стало грустно, а потом я ушёл в работу и выкинул лишние мысли из головы. Когда она вернулась, узнал, что расставания могут быть приятны моментом воссоединения.
Так постепенно, день за днём, которые я проводил либо в тренировках, либо в учебе, зима почти подошла к концу. На дворе было двадцатое февраля. Через несколько дней ехать в столицу, на решающую часть олимпиады.
Меня это нервировало и совсем не из-за соревнования. Я опасался нескольких вещей. Самой столицы, в которой жил род Соколовых. Именно оттуда меня похитили, увезли далеко на север, в закрытую лабораторию. Много же километров вести пришлось. Я изучил карту и только диву давался, какой путь проделал, сам того не ведая.
Риск, что встречу тех, кто меня узнает, — минимальный. Ну, не верю я, что аристократы ходят, вглядываются в обычных подростков из провинциальных городов и задаются вопросом, а не знаком ли те им? А не тот ли это самый мальчик, которого они видели пару лет назад? Несмотря на доводы разума, я всё равно волновался. Мало ли как история повернется.
Вторая причина для беспокойства: не хотелось оставлять Гвоздевых одних. Тем более когда Ольга ходит с округлым животом и не так активна, как раньше. Сергею приходилось и ездить на работу, и по хозяйству часть обязанностей взять на себя. Я им помогал во всем, но, если уеду, не знаю, как они будут. Понимаю, что справятся, чай, не маленькие дети, но всё равно волнуюсь.
