Клиника представляла собой высокое восьмиэтажное здание с окнами дымчатого стекла, которое стояло к западу от эстакады. Она была очень удобно расположена по отношению к Хитроу и привлекала богатых клиентов из Азии и с Ближнего Востока, которые могли себе позволить полеты на реактивных лайнерах ради косметической хирургии, абортов, лечения бесплодия, изменения пола и, самое последнее, для генетического сканирования. «Хаммерсмит-Бендикс», как ее принято было называть, считалась в медицинских кругах одной из самых роскошных и современных частных больниц в Британии, и среди работающих в ней врачей называлось немало знаменитых имен.
И Монти испытала не просто легкое любопытство, когда узнала, что компания предоставляет услуги такого заведения для лечения обыкновенного охранника. Пусть даже сэр Нейл Рорке публично заявлял о самом внимательном отношении к сотрудникам, но когда Уинстона Смита помещают в палату стоимостью четыреста фунтов за ночь… это смахивало на замазывание чувства вины. Или какого-то дурного поступка.
Они снова решили, что Коннор будет ждать в машине, а она зайдет внутрь. Автоматические двери мягко разошлись по сторонам, и створки с шипением сомкнулись за ее спиной. Три слоя стеклянных перегородок надежно приглушили грохот лондонского движения, а легкий цветочный запах напомнил атмосферу в здании Бендикс.
Ковер был мягкий и пушистый, с вытканными на нем геометрическими логотипами «БШ», стены и потолок были выложены сосновыми панелями, а в правом коридоре располагался магазин элегантных подарков и цветочный бутик.
Важным фактором философии компании было хорошее самочувствие. Она исходила из того, что у пациентов должно возникать чувство, будто они прибыли в эксклюзивный сельский отель, а не больницу. Строго говоря, тут никогда не употреблялось слово «пациент»; всех называли гостями.
Монти подошла к стойке приемной и с предельной небрежностью спросила, в какой комнате находится Уинстон Смит.
Платиновая блондинка тридцати с небольшим лет была облачена в строгий костюмчик в серую полоску. Блеснув фирменной улыбкой компании, она прикоснулась к паре клавиш своего компьютера. Улыбка понемногу начала сползать с ее лица.
– Могу ли я узнать ваше имя? – спросила она.
Этот неожиданный вопрос смутил Монти.
– Фамилию и инициалы. – В добавление к ее сходству с автоматом, у секретарши был такой интенсивно васильковый цвет глаз, который могли дать только линзы. Она напомнила Монти одного из персонажей фильма «Степфордские жены».
Монти принялась лихорадочно соображать.
– Гордон, – взяла она фамилию из воздуха. – Миссис Линдси Гордон.
– И будьте любезны ваш адрес, миссис Гордон?
– Вам не кажется, что это как-то странно? – спросила Монти.
– Это всего лишь формальность, предписанная службой безопасности, – с безукоризненной вежливостью объяснила молодая женщина.
– Коуч-Хаус, Бернем-Бич-Лейн, Бернем, Бакс.
– Почтовый индекс?
Монти назвала индекс, который должен был соответствовать придуманному ею адресу.
– И ваш номер телефона, будьте любезны?
Монти почувствовала, что выражение лица может ее выдать.
– Его нет в телефонной книге, – сказала она. – И я никому его не даю.
Секретарша, ничего не ответив, ввела на экран какие-то данные, и следующие ее слова поразили Монти как громом:
– Боюсь, что посещение мистера Смита не разрешено.
Монти заметила, как изменилось отношение секретарши; теперь в нем явно чувствовалась уклончивость.
– Когда его можно будет навестить?
– Боюсь, что не могу предоставить вам такую информацию.
Монти, одарив собеседницу теплой улыбкой, попыталась воззвать к лучшим качествам женской натуры:
– Моя дорогая, я два часа сюда добиралась. Неужели нельзя просто повидаться с ним – хоть на пару минут?
Взгляд секретарши был устремлен, казалось, в какую-то невидимую точку высоко над головой Монти.
– Прошу прощения, посещение мистера Смита запрещено.
Монти развела руки жестом отчаяния:
– Можете ли вы сообщить мне хотя бы номер его комнаты, чтобы я могла прислать ему цветы?
– Не беспокойтесь, миссис Гордон. Если вы назовете имя мистера Смита, мы уж позаботимся, чтобы цветы попали к нему. – Она кивнула в сторону холла. – Вы можете прямо на месте дать указание нашей цветочнице, и она займется вашим заказом.
Теперь за контактными линзами просматривалась лишь полная пустота.
Монти развернулась и мимо магазина подарков неторопливо зашагала к цветочной витрине. Она сознательно тянула время. Тут вошли два богато одетых азиата и направились к стойке. Довольная тем, что мисс Васильковые Глазки занялась ими, Монти метнулась в цветочный магазин и купила маленький букетик с витрины, шесть тюльпанов, которые, к ее удивлению, стоили пять фунтов.
Держа его перед собой и поглядывая в сторону секретарши, которая продолжала заниматься азиатами, она подошла к лифтам. Когда Монти нажала кнопку вызова, створки раздвинулись почти мгновенно, она шагнула в кабину и прикинула, на какой этаж ехать сначала. Почему-то она выбрала шестой.
