– Я спущусь с тобой и поймаю тебе такси.
Она раздраженно замотала головой:
– А я войду внутрь. Я хочу увидеть, кого ты сюда привел. Она такая же хорошенькая, как и я? Или красивее?
– Я найду тебе такси.
– Не хочу я такси. Я хочу войти. Сколько раз ты звонил мне за последние несколько дней? Десять? Двадцать? Тридцать? Сколько тонн цветов ты мне прислал? Я расценила все это как желание увидеться со мной. И ты сию же секунду пустишь меня в эту дверь, или ты меня больше никогда не увидишь. Договорились?
Загнанный в угол, Ганн смягчился и отступил в сторону, неохотно махнув рукой – заходи, любуйся.
Миновав электрический счетчик, она оказалась на маленькой кухоньке со старым мягким стулом. Среди прочей обстановки в ней были еще кушетка, пара потрепанных кресел, тряпичный коврик и грязные сетчатые занавеси. Не было и следа присутствия женщины. Телевизор был выключен, на диске звучал Вивальди. Мягко мерцал экран ноутбука, и стоял застарелый запах готовки.
Прикрыв за собой дверь, она с неподдельным изумлением уставилась на него:
– И ты здесь живешь?
– Хочешь кофе или выпить? Вина? Виски?
– Я бы предпочла стакан вина.
– Красного или белого?
– Не важно. Значит, это твой дом, солдат? – Ее первоначальное удивление быстро перешло в жалость. Привлеченная гулом и грохотом внизу, она подошла к окну и всего в нескольких ярдах внизу увидела огни уходящего трамвая.
– Послушай, я вовсе не собираюсь провести тут остаток жизни. А где, по-твоему, я жил – во дворце? – Он ввинтил штопор в пробку бутылки.
– Так вот почему ты никогда не приводил меня к себе? Ты рассказывал, что у тебя большой дом с бассейном.
– А ты мне говорила, что материальная сторона не имеет для тебя значения.
– И в самом деле не имеет.
Пробка с хлопком вылетела из горлышка.
– У меня в самом деле есть большой дом с бассейном. Живет в нем Сука с детьми. Дом заложен, и продать я его не могу, потому что нет покупателей вокруг, а меня до нитки обобрало Агентство по защите детей. – Из шкафчика над кроватью он вынул два бокала.
Она просматривала книги на самодельной полке. «Энциклопедия духовной науки». «Заклинатель». «Сокровища волшебства и черной магии». «За оккультным миром». «Тропа левой руки». «Маг». «Золотой сук». «Книга священной магии Абра-Мелина». «Ключи Эноха». «Сатанинская Библия».
– А я и не знала, что ты интересуешься оккультизмом.
Пожав плечами, он протянул ей стакан:
– На самом деле он меня не интересует, сам не знаю, почему держу их. Когда я служил в Штабе правительственных служб связи, мы отслеживали основные оккультные группы.
Листая страницы тома, озаглавленного «Искусство заклинаний, чар и ворожбы», и восхищаясь его содержанием, Никки не успела заметить легкую тень в его глазах, когда он выдал ей эту полуправду.
– Интересно, смогу ли я найти тут заклинание, которое сделает тебя пунктуальным? – поинтересовалась она. – Или сексуальным… нет, это может стать опасным, ты и так уже достаточно сексуален. – Она отпила глоток вина и поцеловала его. – Давай пойдем в постельку. Ты не был во мне уже четыре дня, и я схожу с ума от воздержания.
Он с силой обнял ее, вдыхая запах ее волос и кожи. Никки из-за его плеча взглянула на экран компьютера, который располагался в нескольких дюймах от ее лица. На нем был длинный список имен с какими-то странными черными символами рядом с каждым из них.
Она прочла несколько: Коннор Моллой, Монтана Баннерман, Чарльз Роули, Губерт Уэнтуорт. После чего внимательнее присмотрелась к символам.
– Это что, рождественские елочки? – пробормотала она.
– Что?
– На экране.
Он дернулся, словно в него попала молния, высвободился из ее объятий, повернулся к компьютеру, торопливо затемнил экран и выключил ноутбук.
– Это твой список гостей на Рождество? – насмешливо спросила она. – Коннор Моллой, Монтана Баннерман, Чарльз Роули, Губерт Как-его-там. Надеюсь, что и я там где-то…
Ганн попытался отшутиться:
– Ага, можешь не сомневаться.
– Коннор Моллой, Монтана Баннерман… до чего забавное имя. Она что, американка? Или кто-то из твоих подружек?
– Да нет, ничего подобного… Как ты только запомнила все эти имена… вот уж не знал, что у тебя фотографическая память.
– Ты же на самом деле не думаешь, что я провела три дня, выслеживая тебя? Я увидела этот адрес несколько недель назад на счете за телефон в твоем кармане и запомнила его. – Она кокетливо улыбнулась. – Есть много других вещей, которых я о тебе не знаю. – Она еще раз поцеловала его. – В постель!
Понедельник, 28 ноября 1994 года
С утренней почтой Монти пришел толстый конверт с наклейкой службы доставки «Федерал экспресс» и печатным текстом: «Вашингтонский симпозиум по медицинской генетике. 9–12 декабря 1994. Путевые документы. Срочно».
