— Дело не в установке. Точнее, не совсем. Котёл плохо промыт после предыдущей партии — остатки реагентов вступили в побочную реакцию.
— Подробности?
— Прошлое зелье — светлячок. Новая партия — сыворотка маны.
— Всё ясно, — поблагодарил я мысленно и тут же принялся за перенастройку котла.
Скорее всего, это не саботаж. Просто халатность. В лаборатории такое случается. Человеческий фактор регулярно встречается даже среди специалистов.
Тем не менее, ситуация была далеко не безобидной. Простейшее зелье Светлячок, по сути, представляло собой сильно урезанную версию моей огненной вспышки. В обычных условиях оно могло разве что ослепить неподготовленного противника в темноте. Эффект взрыва у него — минимальный, разве что кожу может опалить при контакте.
А вот Сыворотка маны — это совсем другой уровень. Концентрированный состав для экстренного восстановления энергии на поле боя. Смесь, в которой активные потоки маны с трудом удерживаются в стабильном состоянии. И если они вступают в реакцию с боевым зельем, даже таким слабым…
— Одной вспышкой тут не отделаемся, — пробормотал я, наблюдая, как испарина собирается на стенках сосуда и начинает менять цвет с зелёного на ярко красный. — Если рванёт, хана котлу.
Я вздохнул, сосредоточился и начал вручную перенастраивать артефакты внутри котла, стабилизируя давление и прочие процессы.
Действовать нужно было быстро и точно, чего явно сейчас не могли сделать присутствующие работники лаборатории. Повезло, что накануне я уже успел ознакомиться с установкой, и пришёл как раз вовремя.
— Было близко, — выдохнул я, наблюдая, как бурлящее зелье в котле, секунду назад готовое взорваться, постепенно успокаивается. Поверхность субстанции разгладилась, пар исчез, опасный свет в её глубине угас.
Вся партия, конечно, уже никуда не годится. Для прямого назначения — точно. Но главное удалось избежать основной проблемы. Потерянные реагенты на фоне потенциального повреждения артефакторной установки — мелочь.
— Алексей Иванович… что это было? — раздался позади меня взволнованный голос одного из алхимиков. — Что вы только что сделали?
Я выпрямился, оглянулся на сотрудников и, не повышая голоса, отчеканил:
— Тщательнее нужно котлы промывать. И перед каждой новой партией — обязательно проверять, что внутри не осталось ни следа от предыдущих зелий.
Внимательно обвёл взглядом лабораторию, пройдясь по каждому сотруднику.
— Я в курсе, что у установки есть автоматическая система очистки. Но полагаться исключительно на артефакты — не стоит. Сами видите — техника, как и люди, ошибается.
Некоторое время в помещении стояла тишина. Никто не спорил. Все видели и слышали, что происходило в котле — и все понимали, чем бы это могло обернуться без моего вмешательства.
— Лучше потратить пять минут на ручную проверку, — продолжил я. — Чем потом сталкиваться с последствиями.
— Это я… — подал голос виновник инцидента. Тот самый лаборант, что стоял за котлом. — Я не проверил. Простите, Алексей Иванович… Меня теперь уволят?
— Нет, — спокойно ответил я, глядя прямо ему в глаза. — На первый раз — прощаю.
Сделал паузу и добавил:
— Как вижу, здесь полагаться на артефакты — обычная практика. Так что на твоём месте мог оказаться любой. Но — вы все меня поняли?
Молчание. Лишь сдержанные кивки и виноватые взгляды.
— Вот и отлично, — продолжил я. — Пользоваться артефактами можно. Но полагаться исключительно на них — нельзя. Необязательно быть гением, чтобы избежать таких ситуаций. Достаточно быть внимательным. И никогда, слышите, никогда не пренебрегать безопасностью. Не дети малые уже ведь, в конце концов!
Я улыбнулся, разрядив атмосферу.
— Всем всё ясно?
Нерешительный, но дружный кивок прошёл по залу.
— В таком случае — продолжаем. У нас сроки горят!
Работа в лаборатории снова закипела, словно ничего и не случилось.
— Вау, Лёша… — тихо произнесла Полина, подойдя ближе. — И как только ты это делаешь?
Она переводила взгляд с меня на установку и обратно.
— Я даже понять не успела, а ты уже всё исправил… и даже кого надо отчитал, — усмехнулась сестра. — Когда ты только успел с этой установкой разобраться? Она ведь почти не работала раньше.
— Так и есть, — пожал я плечами. — Почти не работала. Но это же не повод не разбираться, верно? Сегодня утром прочёл инструкцию и сразу отработал на пробной партии зелий. Пригодилось, как видишь.
— Инструкцию? — комично хлопнула глазами Полина. — Ту, в которой двести страниц?
— Её самую, — с лёгкой улыбкой подтвердил я. — За три часа управился.
— Ну ты, братец, даёшь… — пробормотала сестра, покачав головой и легонько стукнула меня кулачком в плечо. — Я на этот талмуд три дня убила, и то половину не поняла. А ты… три часа. Завидую!
— Ничего, сейчас и тебя всему научим, — подмигнул я. — Готова?
— Конечно! — фыркнула Полина. — Ты ещё спрашиваешь. Давай уже, показывай свои «обычные» зелья, — сложила она пальцы в кавычки. — Я тоже хочу научиться такие делать.
— Кхм… Простите ещё раз, Алексей Иванович… — раздался голос за спиной.
Я обернулся — всё тот же лаборант, виновник несостоявшегося взрыва, стоял, переминаясь с ноги на ногу.
