Они с самой первой встречи возненавидели друг друга. Арак сильный и мрачный альфа. Ирис веселый, но хрупкий омега, что не мешает ему встревать в разные неловкие ситуации. Что выйдет из их противостояния?
========== Часть 1 ==========
Где-то далеко, в полузатопленных лесах, выли волки. Их жалобный скулеж разносился по всей округе и вместе с ветром долетал до дальних закоулков острова. Уже давно потемнело, и лишь слабый свет луны освещал город. В полумраке виднелись пустые улочки, серые однообразные домики и небольшие каналы, разделяющие город на несколько частей. Деревянные лодки тихо покачивались на волнах, постукивая о мостики, и в такт этому однообразному звуку было слышно лишь шуршание листьев на деревьях.
Пусть сам по себе Кривой остров и город, который находился на нем, были мрачными, но сейчас это место казалось необычным. Можно даже сказать, что красивым и в какой-то мере волшебным. Лунный свет украшал и дарил городу загадочность, которую можно уловить только в темное время суток.
Печально, но большинству жителей Кривого острова эта красота была не нужна. Они привыкли к ней и уже считали обыденной, или, возможно, в них просто погибло желание видеть в этом мире не только плохое. Пожалуй, одним из немногих, кто все еще восхищался этой красотой, был юноша по имени Милих. Ему было запрещено выходить на улицу, но юноша все равно частенько сидел на подоконнике по ночам, пытаясь разглядеть в темноте новые детали, нарисованные самой природой, но сейчас вид за окном был ему абсолютно безразличен и даже немного ненавистен. Вчера вечером Милих потерял то, что было всем его миром.
Омеге недавно исполнилось пятнадцать, но он по-прежнему был невероятно хрупким, словно фарфоровая статуэтка. Невысокий и худощавый юноша с бледной кожей. Сейчас же он был белее приведения, а глаза покраснели от долгого плача. Лицо осунулось, и появились темные круги под глазами. Вся одежда смялась и растрепалась.
Укутавшись в одеяло, он лежал на кровати, бессмысленно смотря куда-то в сторону. Он больше не плакал. На это не было сил, да и все слезы уже давно выплаканы. Но внутри по-прежнему было невыносимо больно, и голова горела от тяжелых мыслей.
Иногда юноше казалось, что сама природа поиздевалась над ним в момент рождения и до сих пор одаривает его неприятными сюрпризами. Его мать была уважаемой женщиной. Еще в подростковом возрасте ей предвещали великое будущее и богатого мужа. Но она влюбилась в обычного путешественника. Да, он был красив и умел завлекать девушек сладкими речами про опасные приключения, которые ему довелось пережить на других островах. Сокалии казалось это истинной любовью, ради которой она готова была пожертвовать всем, в том числе и благополучием, но как только девушка сообщила этому альфе о том, что она беременна, их тайные встречи прекратились. Мужчина тут же сбежал с острова на первом попавшемся корабле, побоявшись ответственности. Вот так
оказалось, что этот храбрый путешественник на самом деле оказался обычным обманщиком и лицемером, решившим поразвлечься с наивной девушкой. И Сокалия за свою ошибку заплатила невероятно высокую цену. Ее жизнь превратилась в Ад.
Потеря невинности и, более того, беременность, стали для девушки настоящим позором. По городу быстро расползлись мерзкие слухи, и злые языки уже нельзя было остановить. Сокалию заклеймили шлюхой, и завистники, которых было немало, наслаждались ее страданиями. Но самым недовольным был ее родной брат. Эванс, на тот момент уже ставший главой семьи, планировал получить немало выгоды от такой красавицы, а теперь она была испорчена и осквернена.
Перевернувшись на живот, омега уткнулся лицом в подушку и тихо заскулил. Все это юноше рассказал Бард, слуга, который изредка заходил к нему. Мать никогда не жаловалась на жизнь. Она была сильной женщиной, несмотря ни на что. А теперь ее не стало. Жуткая болезнь сломила ее буквально за четыре месяца, и омеге хотелось выть от такой несправедливости. Почему такой светлый и добрый человек пережил так много горя? Милих всегда мечтал о том, что однажды он с матерью заживет счастливо. Он бы все отдал для того, чтобы Сокалия постоянно улыбалась и больше не испытывала горя. Но теперь эти наивные мечты разбились на множество осколков. У Сокалии просто больше не было жизни, которую омега мог бы сделать счастливой. От понимания этого становилось невыносимо горько, и моральная боль уничтожала каждую частичку сознания Милиха. В тот момент он просто хотел тоже исчезнуть.
Дверь со скрипом открылась, но омега лишь безразлично посмотрел на вошедшего. Бард молча зашел в комнату, разглядывая убитого горем юношу.
- Милих, вставай, тебя вызывает господин, - Бард говорил немного грубо, но Милих не мог его винить за это. Все же бета тоже любил и уважал его мать, а эта потеря сделала веселого и милого слугу черствым и грубым. Бард был обязан Сокалии жизнью, ведь когда-то она спасла его от голодной смерти и привела работать в этот дом.
