- Кофе, - отвечаю, прежде чем успел подумать. Прикусив губу, мысленно ругаю себя за глупость. Я же собирался забрать вещи и свалить, а не сидеть тут в компании Медведя, распивая чай.
- Садись, сейчас сварю, - Арак кивнул мне в сторону пустого стула и, положив на стол нож с еще не готовой статуэткой, отряхнул руки от опилок, после чего пошел к печке, в которой только начали разгораться поленья, приятно потрескивая.
Прищурив глаза, я не сводил с альфы настороженного взгляда. Схватившись пальцами за край стула, я был готов в любой момент сорваться и побежать к выходу. Все мое тело стало подобно натянутой струне,а в голове бурлили шальные мысли. Что-то психованный Медведь сейчас совсем не психованный. Подозрительно. Очень подозрительно.Видно почувствовав на своей спине мой цепкий взгляд, альфа обернулся и посмотрел на меня глазами, полными хитрых огоньков.
- Боишься? – могу поспорить, он опять ухмылялся. – Не переживай. Пока что я ничего тебе не сделаю. И уж точно не буду срывать твой… нераспустившийся цветок…
Его плечи затряслись, и в комнате загрохотал его смех, словно раскат грома. Мгновенно покраснев до кончиков ушей, я схватил со стола кусок деревяшки, ранее отколотой от заготовки статуэтки, и бросил в альфу. Он ловко увернулся и засмеялся еще громче.
Опустив голову на стол, при этом слегка ударившись лбом о деревянную поверхность, я стыдливо застонал, пообещав себе больше не читать омежьих любовных романов. Ну их нахрен. Не хочу больше так позориться разговорами о нераспустившихся цветах. И откуда я мог знать, что это ненормально? В книгах эти строки смотрелись вполне красиво. Черт. Тихо выругавшись, я еще раз легонько стукнулся лбом о стол, жалея, что от такого удара нельзя потерять сознание.
Арак еще долго смеялся, пока варил кофе. И лишь когда кофе был готов, а передо мной возникла пузатая чашка с горячим напитком черного цвета, его смех наконец утих, постепенно превратившись в тихие смешки.
- Итак, Нематод, Крита рассказывала, что ты ныряльщик, - Арак опять взял в руки заготовку статуэтки и нож, после чего вернулся к своему делу, скорее всего, вырезая хвост. – Конечно, неплохая работа для Нематода, но что же ты бездельничаешь, а не плаваешь в Храме?
- Не твое медвежье дело, - бормочу, закатывая глаза. Кофе все еще был обжигающе горячим, поэтому, положив ладони на колени, я терпеливо ждал, пока он остынет.
Из-под маски послышалось приглушенное фырканье. Кажется, он сказал, чтобы я быстрее допивал кофе и, забрав свои вещи, проваливал на все четыре стороны, но, естественно, альфу я не слушал, тщательно делая вид, что не понимаю медвежьего языка. Поднеся к губам чашку, я внезапно застыл, так и не выпив бодрящего напитка. Подняв взгляд на альфу, который тем временем занимался своим делом и не обращал на меня никакого внимания, я поставил чашку обратно на стол и подозрительно прищурился. В голову пришла бредовая мысль, не дающая мне покоя. А что если Арак действительно медведь? Да, тело у него человеческое, но не зря же он носит маску. А вдруг там реально мохнатая морда с пастью, полной клыков? Представив эту картину, я так и не мог определиться, жуткое или смешное это зрелище. Может, мне стоит трястись от страха и весело смеяться одновременно?
Долго смотрю на Арака, ритмично постукивая пальцами по поверхности стола. Он сидит напротив меня и молча выковыривает щепки из дерева. Альфа изредка поднимает на меня взгляд, но потом вновь опускает его. Да, Арак чувствует мой цепкий взгляд на маске и ощущает мою заинтересованность этим предметом. Хоть Медведь ничего не говорит, но от него так и разит недовольством, отчего его движения кажутся более раздражительными, и статуэтка приобретает более грубые очертания.
Осознавая всю опасность, я наглею еще больше. Привстаю со стула и протягиваю руку к альфе. И почему мне кажется, будто я сейчас самовольно засовываю руки в пасть голодному зверю, ошибочно надеясь, что он не обглодает мои кисти? Арак не вовремя поднимает голову и удивленно смотрит на меня. Он не ожидал такой наглости, это видно по его взгляду, из которого ненадолго исчезло все недовольство, растворяясь в немом вопросе.Останавливаюсь. Хочу даже отдернуть руку, нерешительно сжимая пальцы, но подпитываясь неизвестно откуда взявшейся наглостью, я осуществляю желанное. Или сейчас, или никогда. Дотрагиваюсь кончиками пальцев до маски, ощущая, как мужчина вздрогнул от моего прикосновения. Кажется, он хотел отстраниться и даже поднял руку, чтобы оттолкнуть мою. Но так ничего и не сделал. Опустив руку обратно на стол, он продолжал выжидающе смотреть на меня.
