Эк, вспомнил, скажет «продвинутый» читатель, ты еще поучи нас, что все люди равны, что скромность украшает человека… Да, жить с оглядкой на вечные нравственные заповеди как-то нынче не модно. Устав от идеологизированной риторики прежних лет, мы выплескиваем вместе с водой и ребенка. Погружение в нравы и манеры обезьяньей стаи, чему охотно помогают шоу-дельцы побойчее и похитрее, идет полным ходом: кто зычнее крикнет, кто громче и наглее выскажется – тот и герой и лидер. Посмотрите, какое искусство мы теперь сплошь и рядом потребляем – на уровне, едва ли превышающем интеллект приснопамятной Эллочки-людоедки: «Ты целуй меня везде, восемнадцать мне уже…» (В дни, когда пишется эта книга, в моде уже другие строчки: «Чем выше любовь, тем ниже поцелуи…». – Ф.Р.) И поклоняемся размалеванным поп-идолам, впадая в новое язычество. А они радостно потрошат наши души, наши кошельки – и потаптывают нас ногами. Да, непросто не сдуреть, когда, скажем, на одном телеканале Борис Моисеев вкрадчиво зовет тебя в объятья «голубой любви», на другом Александр Абдулов с увлечением вживается в образ «пахана», на третьем гоняют тупой боевик…
К счастью, «все не так уж сумрачно вблизи» (как пел В. Высоцкий. – Ф.Р.). В истории с Филиппом прорвалось назревшее возмущение многими деформациями во взаимоотношениях публики (в том числе молодой) с кумирами легкого (слишком буквально) эстрадного жанра. За достоинство и справедливость надо уметь постоять. И то, что суд занял сторону «униженных и оскорбленных», – добрый знак. Дело, в конце концов, не в размерах штрафа, а в принципе. Не очень громкий, но все же
Как мы теперь знаем, тот момент истины так по сути ничего в российской эстраде не изменил. Нет, крыть матом артисты на пресс-конференциях перестали (что уже хорошо), однако ничего кардинального в самом жанре не произошло. Как было обезьянничанье, так оно и осталось. Да и что могло произойти в стране, где элита и ее обслуга (артисты) транжирили нефтяные «бабки» направо и налево, буквально упиваясь своим дармовым богатством. «Куй бабло, пока Путин!» – такой девиз был в ходу в ту пору. Однако вернемся в 2004-й.
На фоне ростовского скандала как-то потерялось другое событие – перемены в личной жизни Кристины Орбакайте. Как мы помним, она некоторое время назад рассталась со своим мужем Русланом Байсаровым и жила одна. Несколько раз за это время разные СМИ пытались их снова поженить (сообщали, что супруги якобы помирились и снова стали жить вместе), но все это оказалось «уткой». На самом деле с недавних пор у Кристины появился новый воздыхатель – бизнесмен из Америки русского происхождения Михаил Земцов (у него в Штатах алкогольный бизнес). Тем летом он даже специально приезжал в Россию, чтобы сопровождать Кристину на гастролях по югу России. Затем вместе они вернулись в Москву, и Михаил остановился в квартире Кристины на Тверской. Чуть позже сама Орбакайте так расскажет о своем знакомстве с Михаилом: «Мы познакомились на его дне рождения во время моего очередного январского отпуска в Майами (Михаил Земцов родился 15 января 1978 года. – Ф.Р.). Так сложилось, что для меня в последнее время дни рождения – какие-то магические праздники. Как раз был день рождения у Игоря Николаева, когда позвонили друзья и сообщили: «У нашего друга тоже день рождения, но только позже. Приезжай потом в клуб». Ну, я и пообещала.
…День рождения Игоря близился к концу, и все стали расходиться. Я говорю Филиппу (Киркорову): «Мне одной неудобно, поехали со мной». Он согласился, и мы поехали. Зашли в клуб, там музыка, шум, гам. А Филипп, который не очень любит такое веселье, тут же ретировался. Я говорю: а где же именинник? Сейчас придет. Подходит человек двухметрового роста… В ходе небольшой светской беседы выяснилось, что он уехал из Москвы, когда ему было 12 лет, и что с тех пор ни разу не был в России. Тем же вечером он вызвался проводить меня домой. Я говорю: «Да что ты, я живу далеко…» Он говорит: «Так все там живем. Мы все соседи».
Самое интересное, что с дня рождения мы уехали самые первые. Народ еще гулял в клубе. На следующий день мы с девчонками поехали обедать. Они меня спрашивают: «Ну что? Как тебе день рождения?» Я говорю: «Вы будете сейчас смеяться, но я уехала с именинником». Потом на следующий день мы снова встретились с Мишей, и он меня спросил: «А ты что, дочка Пугачевой, что ли?» Я говорю: «Да». А он: «Ничего себе».
Так я осталась в Майами еще на несколько дней…
Миша человек другого менталитета. Западного. «Но только с русскою душой»… В свое время у меня был поклонник-американец, и, встречаясь с ним, я часто задумывалась: как же трудно поддерживать отношения с человеком другой национальности… Это даже не языковый барьер, а ментальный. Я осознавала, что не смогу быть женой иностранца, потому что это совершенно другая жизнь, другой мир… К тому же я очень ценю чувство юмора и очень много других вещей, которые ты можешь донести только на родном для тебя языке.
