– Если кто из вас не знает, то я поясню. Ученые, занимающиеся составлением научно-обоснованных портретов убийц, подразделяют их на три категории. Это убийцы, совершившие убийства более четырех жертв. Как правило, преступление совершается в одном месте, например, в клубе, школе или в других местах массового скопления народа. Ко второй группе убийц относятся люди, совершившие убийства не менее трех лиц, но в двух разных местах. Этот общий эпизод растянут по времени. Преступник может переезжать с места на место, но все эти преступления он совершает, как бы «на одном дыхании». Третий вид убийц, это наиболее редкий вид и самый опасный. Этих убийц называют серийными убийцами. На их совести, как правило, не менее трех жертв. В трех различных эпизодах. Между ними у преступника наступают периоды эмоционального затишья, которое может составлять от нескольких дней до нескольких лет.
Виктор снова поднял глаза и посмотрел в зал. На заднем ряду сидели несколько сотрудников республиканской прокуратуры и о чем-то шептались. То ли они уже знали то, о чем он докладывал, то ли им было неинтересно все это слушать.
– Иностранные ученые, в частности, американские, составили психологический портрет серийного убийцы. Им, как правило, является человек в возрасте от двадцати до сорока лет, занятый на «безобидной» и малозаметной работе. Ему нравится менять свою внешность, выдавать себя за совершенно другого человека. Выбирает он жертвы по некоему идеальному образу, который часто включает в себя следующие признаки: пол, возраст, внешность. Он полностью контролирует себя, ищет для совершения преступления удобные для него место и время. Одной из особенных черт этого человека является то, что он, как правило, рос в неполной семье, следовательно, не получал достаточного тепла от отца и матери. Часто этот человек подвергался физическому, а возможно, и сексуальному насилию и унижению. Поэтому он постоянно чувствует себя, как бы в изоляции от общества. Эти люди часто мучили и убивали животных в период своего детства и, возможно, совершали попытки самоубийства.
– Послушайте, Абрамов. Мы здесь собрались, чтобы обсудить обстоятельства исчезновения этих женщин, а не разбирать психологический портрет серийного убийцы. Давайте ближе к делу, – произнес прокурор республики.
– А разве я говорю не о деле, уважаемые товарищи? Я хочу довести до вас то, что вы не видите. У нас в городе, а может, в пригороде появился серийный убийца. Хотите – верьте мне, хотите, нет. Он убивает женщин методически в течение года. Я предполагаю, что он живет или работает где-то в районе поселка Васильево, и сейчас я призываю вас, работников прокуратуры, возбудить уголовные дела и провести расследования исчезновений в рамках этих дел.
В зале повисла тишина. Было слышно, как бьется о стекло случайно залетевшая муха. На трибуну поднялся прокурор республики.
– Я вот здесь послушал сотрудника Управления уголовного розыска и невольно удивился. Получается, что он рассмотрел во всех этих исчезновениях то, что не заметили десятки других сотрудников уголовного розыска и прокуратуры. Вам, товарищ Абрамов, я бы посоветовал пойти в церковь, стать там своеобразным пророком и уверять прихожан о близком конце света.
Что мы имеем по этим делам? Все пропавшие женщины были не адекватны в своих действиях: одна сильно пила, вторую бил муж, третья решила коренным образом изменить свою судьбу и связать жизнь с человеком, заметьте – преподавателем, насколько я помню материалы дела, поэтому и ушла из дома.
Вы только представьте, если по всем делам мы заведем уголовные дела? Что скажет Москва? Абрамов, по всей вероятности, позабыл одно: для того чтобы возбудить уголовное дело, нужны веские доказательства. Вот у меня, по сравнению с Абрамовым, таких оснований нет.
Он сделал паузу и посмотрел на заместителя министра, который внимательно слушал его. Затем его взгляд скользнул по лицу начальника Управления.
– Может, я в чем-то не прав, товарищи, пусть меня поправят присутствующие здесь начальники, но я никогда не соглашусь с выводами товарища Абрамова. Если следовать им, то у нас действительно появился какой-то серийный убийца-маньяк, который охотится за женщинами. Но он ошибается, у нас пропадают не только женщины, но и мужчины.
Я думал, что он, я имею в виду Абрамова, действительно сообщит нам что-то новое по этим делам, но я ничего вразумительного от него не услышал. Мне стыдно, что он руководствуется в своем анализе не фактами, а эмоциями, которых я не разделяю. Вы все хорошо знаете: нет трупа, нет и убийства.
Закончив говорить, он взглянул на Виктора и сел на свое место. Его место на трибуне занял заместитель министра.
