Небольшая группа критиков ассоциации в рядах Партии регионов в лице Вадима Колесниченко, Нестора Шуфрича и Олега Царёва после вечернего разговора с президентом на следующее утро изменила позицию на диаметрально противоположную. Депутаты публично покаялись в своих заблуждениях и присягнули на верность генеральной линии партии. Да, сегодня они снова могут высказать свою позицию. Критика ассоциации санкционирована и даже приветствуется, пока идёт торг, а власть хочет добиться от европейских чиновников максимальных уступок. Но эта дискуссия выключается, как мы видим, одним щелчком тумблера.
Депутат Игорь Марков, который не стал проявлять такую же гибкость в политических предпочтениях, сейчас в СИЗО, и всё идёт к полновесному тюремному сроку. Партия коммунистов деликатно и неспешно продолжает собирать подписи для проведения референдума по поводу вступления Украины в Таможенный союз. Но при этом коммунисты голосовали едва ли не за все евроинтеграционные законы, необходимые для ЗСТ. Виктор Медведчук помогал коммунистам собирать подписи и посредством наружной рекламы информировал сограждан, что после подписания соглашения об ассоциации жизнь будет не сахар. Вот и вся "оппозиция" европейской интеграции.
Что же до идейных противников Виктора Януковича, так эти люди всегда называли европейскую интеграцию своей политической целью. Сегодня им остаётся лишь собирать майданы и требовать от президента удовлетворить все пожелания Брюсселя. Подобное единомыслие в рядах украинского политического класса объясняет, в общем, очевидный факт: число реальных центров влияния намного меньше, чем количество публичных политиков. Их личных конфликтов и противоречий хватает на то, чтобы продемонстрировать остроту противостояния во время, например, избирательной кампании, однако шоу заканчивается - и в таких принципиальных вопросах, как ЗСТ с ЕС, политический класс вначале вразнобой, а потом и хором, начинает говорить одно и то же. Т.е. никто из них не сам по себе. Практически каждый, за редким и довольно пассивным исключением, встроен в систему клиентарно-патрональных связей крупного, экспортно ориентированного бизнеса. А бизнес сделал свой выбор.
Кто виноват? Россия
Единственное, в чём украинское руководство видит серьёзную проблему, так это в угрозе ухудшения отношений с Россией. Товарооборот с одной только РФ, не принимая во внимание Таможенный союз или СНГ, сопоставим с объёмом экспортно-импортных операций со всеми странами ЕС вместе взятыми. Российский рынок критически важен для украинской экономики. Целые отрасли завязаны на кооперацию с российскими поставщиками или потребителями. Кроме того, Украина зависит от российского газа, а её правительство ещё рассчитывает когда-нибудь всё-таки договориться о снижении цены.
Между тем в России двойственное отношение к украинскому походу в Европу. С одной стороны, российские олигархи могут понять и даже поддержать своих коллег, поскольку в перспективе перед ними стоят те же самые задачи окончательной легализации в международном сообществе. Почему бы им и Россию не подтолкнуть к ассоциации с ЕС? Ведь вступили же в ВТО, чем ЗСТ хуже?
Но государство, Кремль - резко против. Москва делает ставку на углубление интеграции в рамках ТС, превращение его в Евразийский союз и привлечение к проекту новых участников. Даже если не брать в расчёт политический аспект, Украина является важным партнёром государств Таможенного союза. Производственный и транзитный потенциал республики естественно дополняет общую экономическую систему, которая строилась и функционировала как единое целое. Выбор Украиной противоположного вектора интеграции ещё не закрывает этого сотрудничества, однако усложняет его, повышает торговые и создаёт политические барьеры между странами.
В связи с этим украинские предприятия, работающие на страны Таможенного союза, находятся в зоне наибольшего риска. Это руда или зерно в любом случае найдут своего покупателя, достаточно вывести их на мировой рынок. Продукция машиностроения продвигается иначе. Она продаётся не по стандартному биржевому контракту, в котором указываются лишь цены и сроки, а все параметры оговорены в спецификации. Тут играют роль политические отношения, совместные проекты, общие цели. Между тем 38% от украинского экспорта в Россию составляет как раз машиностроительная продукция. Турбины, комплектующие для авиа- и вертолётостроения, локомотивы и вагоны - всё это проблематично будет продать на рынках ЕС.
Европа не собирается выращивать себе конкурента. Теоретически Украина могла бы рассчитывать и на поддержку, и на какую-то долю рынка, но не в условиях кризиса и, конечно, не в стратегических отраслях.
