— Потому что я тебя не знаю. Ты, должно быть, что-то сделал со мной. Это не я. Мне все равно, если мой отец сказал мне доверять тебе. Это неправильно. Я должна идти.
Дарси взглянула на дверь.
Росс шагнул вперед, качая головой.
— Погоди. Ты сказала, что твой отец умер.
Пораженная его приближением и решительным взглядом на его слишком красивом лице, она отступила, пока не ударилась об окно, ощущение холодного стекла заставило ее взвизгнуть от удивления. Она подняла руку, чтобы не дать ему приблизиться еще ближе, чем есть.
— Мой отец мертв, но он сказал мне…
Он скрестил руки на груди.
— Ты можешь говорить с мертвыми?
Он что, шутит? Трудно сказать по его нейтральному тону. Она покачала головой.
— Не выдумывай ерунды.
Он указал на себя, потом на нее.
— Оборотни, — когда она просто уставилась на него, он добавил. — Оборотни всех видов существуют. Помнишь Джи?
Дарси кивнула. Был ли он прав? И почему она все еще стоит здесь? Ей нужно было уйти тысячу секунд назад. Она бочком пробралась вдоль стекла к двери.
Росс последовал за ней.
— Джи — медведь-оборотень.
Еще шаг, еще один шаг к двери и ее рюкзаку.
— О.
Он подошел, останавливая ее движение.
— Значит, говорить с мертвыми, не так уж и странно, Лунный свет.
— Перестань называть меня Лунным светом, — ее протесту недоставало уверенности, и она это знала.
Они оба это знали.
Дарси избегала его пристального взгляда, сосредоточившись на его руке, ее взгляд скользил по его загорелой коже, мускулам, легким золотистым волосам. Сильная рука сильного мужчины. Мужчина, который, к сожалению, принял ее мокрую задницу в своем доме, отнес наверх, чтобы заботиться о ней, поднял на стол, чтобы поцеловать и крепко обнять. Дрожь пробежала по ее телу. Господи, как же ей хотелось ему доверять! Но как она могла? У нее заболели виски, и она потерла их кончиками пальцев.
Он наклонился ближе, его мускусный запах снова овладел ею.
— Ты можешь доверять мне, Дарси.
Дерьмо на палочке, она сказала свои страхи вслух. Она моргнула, глядя на него, и прижалась к холодному стеклу позади себя, шторм был в разгаре. По ее коже пробежали мурашки.
Он приблизил свое лицо к ее лицу.
— Выключи свой разум. Потянись к своим чувствам. Твоим волчьим инстинктам, — его теплое, пахнущее кофе дыхание омыло ее губы. — Человеческий разум легко запутать, но твоя волчица? Она всегда будет чувствовать правду.
Дарси стукнула кулаками по стеклу.
— Я не знаю, как это сделать.
Не хочу этого делать. Ее волчица была всего лишь болезненной проблемой.
— Пожалуйста, доверься мне, Дарси, — Росс отошел в сторону.
И превратился в волка.
— Дерьмо, — она скользнула вниз по окну, пока ее задница не упала на пол.
Большой человек, большой волк. Страх заставил ее застыть на месте, когда она посмотрела в его настороженные карие глаза. И что ей оставалось делать? Почему он обратился? Все произошло так быстро и плавно, как будто это был идеальный, плавный магический трюк. Одно моргание— человек, потом пуф, другое моргание— волк. Если бы только это было так легко и безболезненно для нее.
Синдер метнулся через комнату, взволнованно мяукая. Прыгнул на колени Дарси на целую секунду, затем бросился к волку, потерся о него, затем упал и вытянулся животом вверх.
Кот доверяет волку. Может быть, ей тоже стоит?
Волк-Росс покачал головой и издал звук, похожий на лай. Сказал «Привет»? Он наклонил голову, положив ее на передние лапы, напоминая игривую собаку. Огромная собака со злобно-острыми волчьими зубами.
Но это Росс.
И счастливый кот плюс расслабленная поза Росса сделали свое дело. То, что он не съел кота, тоже помогло.
Дарси потянулась к нему. Доверься волчице.
— Ладно, Росс. Я постараюсь.
Попробую.
Он уткнулся носом в ее руку. Дрожь возбуждения пронзила ее, придавая храбрости. Она придвинулась к нему, погладила по голове. Его рыжевато-коричневая шерсть царапала ее ладонь, мех был грубее, чем его шелковистые человеческие волосы. И все же она не хотела прекращать прикасаться к нему. Его голова, шея, спина. Везде, к чему она прикасалась, ее руки начинало покалывать, напоминая о статическом электричестве, но бесконечно приятнее. Это хорошо. Это правильно.
Комок из эмоций застрял у нее в горле.
— Я никогда раньше не прикасалась к волку, — Дарси не хотела останавливаться. Она покачала головой. — Я этого не хочу.
Но ее предательские пальцы продолжали гладить волка. Гладить Росса.
Он, казалось, наслаждался ее прикосновениями и придвинулся ближе, растягиваясь всем телом, чтобы прижаться к ее ногам, пассивный и расслабленный. Она гладила его размашистыми движениями рук, наклоняясь к нему, пока шерсть на его шее не защекотала ей нос.
От него пахло горным воздухом и соснами. Его древесный запах успокоил ее измученные нервы и попытался успокоить ее обеспокоенный разум. Росс был прав. Дарси услышала свой внутренний голос, голос волчицы, громко и отчетливо. Я могу ему доверять. И даже больше…Он мой.
