– …я и подумал, а если все – не на самом деле?
– На самом. Игра имеет логику, как ты знаешь. Иногда ее трудно уловить, но логика все же есть, та, которую заложили создатели игры. Здесь же никакой логики нет. А ее элементы, которые при желании все же можно найти – жизненные, не игровые. Так что пей пиво и заткнись, а то я тебя просто побью.
И тутя неожиданно подумал, что Игорь, может быть, прав.
Как бы страшно это ни звучало.
Любая электронная система не работает, когда нет внешних изменений. Внешние изменения подразумевают искажение равновесия, и, чтобы восстановить равновесие, система должна работать.
Государственный аппарат – такая же система; чтобы она работала, необходимо ее раскачивать. Значит, преступник для государства так же ценен, как и защитник закона. Таким образом, получается, что эволюция общества и государства напрямую связаны с развитием преступности. Преступная деятельность граждан государства как эволюционный фактор для самого же государственного аппарата оправданна, но аморальна. Никто не радуется Ледниковому периоду, который играл решающую роль в эволюции человечества, но все жалеют вымерших мамонтов.
Я понимаю, что если снова влезу в эту историю с Алмазными НЕРвами, то мне придется перейти ту незримую грань, за которой я стану частью этого самого эволюционного фактора. Иначе просто не получится. Из добропорядочного гражданина с его маленькими грешками и такими же маленькими наказаниями я стану человеком, правонарушения которого караются не мелким штрафом или выговором – занесением в личное дело. И по-видимому, мне придется находиться за этой чертой до самого конца своей жизни. Потому что это как мышеловка: войти можно, выйти нет.
Я никогда не вернусь к прежней жизни, если сейчас снова ввяжусь в эту тухлую историю. У меня не будет нормальной работы, нормального жилья, нормальной женщины… Нормальной с точки зрения общества и общественной морали.
Я никогда не стану нормальным. Перестану вписываться в общие понятия и ограничения, стану неподотчетен…
Я собрал мобильную станцию. Закрутил клапаны замков. Оглядел комнату. Взгляд наткнулся на окно-монитор. На скамейке перед гостиницей по-прежнему сидел парень со «стингом». Ладно, пусть сидит, раз ему так нравится.
Я открыл дверь.
Я не буду нормальным… Я не вернусь в эту жизнь… И не надо. Дверь за мной захлопнулась. Прежняя жизнь не сумела меня удержать, посмотрим, не отбросит ли новая.
Когда я вышел, то с большим трудом подавил искушение просто подойти к
пареньку и спросить у него, что ему нужно. Нет. Пусть все развивается само по себе, идет как идет.
Я и мой «хвост» двинулись по тротуару. Уже привычно.
Они появились на подходе к дому Тройки. Два человека и один кибер Точнее, два незарегистрированных кибера и один с официальной меткой.
Со стороны могло показаться, что эти три парня просто стоят на дороге и о чем-то переговариваются. Но паранойя, пустившая глубокие корни в моем сознании, подала мне сигнал, и я остановился, не дойдя до них нескольких метров.
Во всяких руководствах для женщин на тему «Как удачно избежать изнасилования» рекомендуется перейти на другую сторону улицы. Я решил не игнорировать огромный опыт по этой части симпатичной половины человечества и резко свернул на проезжую часть, благо движение было тут не великое Еще бы, привилегированный квартал.
Понять намерения этих троих «друзей» не составило труда. Они резко потеряли интерес к разговору и, оставив зарегистрированного кибера на той стороне, двинулись за мной.
Круто начинается первый день оставшейся части моей жизни, нечего сказать.
Я остановился и опустил сумку с мобильной станцией на землю. Вспомнились слова из недавно отреставрированного фильма: "…а нас всего трое. Один из
которых ранен и вдобавок зеленый мальчишка, а скажут, скажут, что нас было четверо. Атос, но сдаваться как-то…"
В данном случае я был полностью согласен с Арамисом; правда, что это за историческая личность, я по фильму так и не понял, но это был довольно скользкий тип. Тем не менее сдаваться совершенно не хотелось. По крайней мере, просто так.
А ничего, могущего заменить оружие, у меня при себе не было. Кроме понта и адреналина. И если первый был уже изрядно пообломан, то второго поднакопилось порядком. Я засунул руку в карман куртки.
Парни были специалистами и могли отличить просто крысу от крысы, загнанной в угол. Это их и подвело. Я был явно загнан в угол, но визуально определить, есть ли у меня что-либо в кармане или нет, представлялось довольно сложным делом. Таким образом, возможность, что я достану какую-нибудь незарегистрированную пукалку, была пятьдесят на пятьдесят. Получать пулю в живот никому не хотелось, а убивать меня, видимо, указаний не поступило. Иначе я был бы уже мертв.
Киборги остановились.
Так мы простояли некоторое время, и я уже успел пожалеть, что не стукнул того парнишку со «стингом» чем-нибудь по голове. Вот ведь, навел таки на меня… Зараза!
