Глаза округлились не только у Михаила, но и у меня, но он не взял денег. На прощание сказал, что, когда все закончится, он хотел бы просто выбраться из дома со мной на ужин. Он, как настоящий специалист по кибербезопасности, не пренебрегает безопасностью и в социальной жизни, просто сократив до минимума свои контакты, и никакие общественные места не посещает. Миша предложил сходить в новый модный ресторан паназиатской кухни, который открыли его друзья айтишники. Он такой скромный, я думаю, что он тоже вложился в это дело, я слышала об этом ресторане и его владельцах. Да, теперь им настолько некуда вкладывать заработанные честным интеллектуальным трудом деньги, что они диверсифицируют, как сказал Мишанька, свои риски, открывают вот такие интересные места, таким образом внося разнообразие в свою виртуальную компьютерную жизнь. Приятель постоянно меня чем-то удивлял в те редкие моменты, когда мы с ним общались. Он всегда был интеллектуалом. В школе, конечно, таких не любят, мы с ним стали общаться-то только после университета. Не знаю, почему он никуда не уехал, но сейчас кажется, что он себя чувствует суперкомфортно в нашем маленьком и уютном родном городе, зарабатывая даже больше, чем в Москве. Ну, это со слов Михаила, но хочется верить в это, по крайней мере, выглядит он очень уверенно, точно выше среднего, еще и помогает мне, золотой человек!
После разговора сквозь мои мысли прорвался звонок телефона. Это был Владислав. Он рассказал, что они провели обыск в офисе у Павла и допросили его подчиненных. Но до одного он так и не дозвонился – до личного помощника Алексея Баргузинова. С ним я и общалась как с представителем Павла, если что-то мне было нужно прояснить по деталям контракта. Владислав сказал, вроде бы у него что-то с телефоном, спрашивал, не общалась ли я с ним. И коллеги его уж несколько дней не видели, но сказали, что с Алексеем такое уже раньше бывало. Да уж, ну и работники пошли. Еще Влад зачем-то поделился со мной некоторой информацией про допросы; какие там тайны следствия, я тоже уже настоящая часть этого процесса, хотя я вопросов-то не задавала, как и не ждала его к нам в гости.
– Так, а что тебе коллеги-то про Алексея сказали?
– Слушай, да ничего интересного. Странный парень, если честно. Личный помощник, финансовый директор опять же, а тут такая ситуация. Это же может сделать его подозреваемым. Думаю, это ему понятно.
– И что ты собираешься делать? Похоже, есть один подозреваемый?
– Пока рано делать выводы, Жень. Ну и мотива у него не было. Он же его босс, от этого убийства он только потерял своего начальника. К нему все очень хорошо относились.
– Иногда все так непредсказуемо оказывается, знаешь.
– Да я понял уже, что это дело непростое, послал ребят в его квартиру, где он официально зарегистрирован. Должны сегодня проверить все, не знаю, куда мог пропасть этот парень, он же в курсе, что случилось. Бред какой-то.
– Да уж, это подозрительно, мягко говоря.
Владислав рассказал, что сделал некоторые выводы после допросов. Павел очень много времени проводил в офисе и лично уделял внимание даже некоторым операционным вопросам, вникал практически во все дела, буквально жил своим делом. Так что следователь решил, что врагов у него на работе не было, ну если они и были, то очень хорошо скрывались, потому что в его компании не то что работали, там все чувствовали себя частью семьи. Но один факт все же привлек его внимание, помимо Алексея, конечно. Тоже коллега, причем близкий. Влад опросил практически всех сотрудников, которые были в офисе в этот день, остальным было необходимо явиться. Но я уже его не слушала. Мне казалось, в этом нет смысла. И я уже заскучала и думала о реальных подозреваемых.
– Ты слушаешь, Жень? Управляющим по контракту в случае форс-мажора была назначена молодая и красивая женщина, один из его партнеров, Мария.
– Спасибо, очень интересный факт, настоящая зацепка, – ответила я, но мне хотелось уже услышать что-то, что поможет нашему общему делу.
– Женя, я серьезно, аудит трудовых договоров, который у них недавно проходил, показал, что такой пункт был предусмотрен только в договоре у этой Марии. Ее фамилия Иванова, может быть, тебе о чем-то говорит?
– О чем это мне может говорить?
– Мне кажется, что ты недооцениваешь и, больше того, обесцениваешь мою работу! Ты бы знала, сколько мне потребовалось усилий, чтобы мне предоставили результаты этого аудита, это конфиденциальная информация.
– Влад, так и ты следователь вроде бы.
– Подожди, а тебя не смущает тот факт, что в ее контракте предусмотрен этот пункт форс-мажора? Разве это вообще-то стандартная практика?
– Конечно, я же акула бизнеса и просто юридический ас и смогу тебя проконсультировать по вопросам пунктов форс-мажора в трудовом договоре!
