– Так и я могу вас о том же спросить, – ответил Гордин. – Вон какую махину с собой приперли – «Студебеккеры», надо же. Скромнее надо быть, товарищи, нормальные люди на полуторках ездят, – майор рассмеялся. – Ладно, шучу. Майор Бурзун, отдел снабжения 38-го стрелкового корпуса. Имеем приказ вычистить запасы провизии из этой деревни, а то наши обозы отстали. А местные – сплошь куркули, запасаются, как бурундуки, на зиму. От них не убудет, документ выдаем мирным жителям: дескать, так и так, реквизировано в пользу армии-освободительницы энное количество провианта, обязуемся вернуть или рассчитаться деньгами или другими товарами. Прошли деревню, так машина заглохла, завести не можем, связи нет, решили утра дождаться, а там отправим пешего гонца на базу. Вот там наш транспорт, – Гордин показал рукой, – у заводика спрятали.
Для пущей убедительности он показал документ – офицерское удостоверение с указанием должности.
У каждого оперативника при себе имелись липовые бумаги на разные случаи жизни. Документы изготовляли в секретной части, и каждый подобный факт тщательно фиксировался в секретной документации.
Близко подходить майор не стал, вытянул руку – капитан забрал документ, недоверчиво изучил его в свете фонаря, вернул назад. Возможно, показалось, но вроде расслабился человек, уже не выглядел таким колючим.
– Устроила корочка, капитан? – снова улыбнулся Андрей.
– Вполне, – пожал плечами незнакомец. – И много вас тут таких?
– Да пятеро… Здесь они, огни увидели, давай по кустам прятаться – хрен знает, кто тут по ночам шастает. Потом смотрим, вроде свои… Эй, Онуфриев, ты здесь? Привстань-ка, покажись!
– Здесь я, товарищ майор… – прокряхтел Свечников, обозначая свое присутствие. – И Сидоров где-то тут, струхнул только малость…
– Ничего я не струхнул, – обиделся Зинченко, – чего бояться – свои же…
– Бояться нечего, если вы и впрямь свои. – Капитан вернул документ и небрежно козырнул: – Капитан Нахабцев, коллеги мы с вами, товарищ майор. Служба обозно-вещевого снабжения 304-й дивизии. Направляемся в Абервельд из Гуфштадта, везем засекреченный груз. Опечатанные ящики – документы, архивы или еще что – нам знать не положено. Оттого и охрана усиленная. Направляемся в расположение майора НКВД Телегина, он в курсе. Должны были засветло груз доставить, да не судьба, на дороге между населенными пунктами перестрелка была, грузовик сожгли, всем миром его оттаскивали. Потом не пропускали долго – им плевать, что мы везем секретный груз. Вроде городские огни уже видели, да свернули не туда, думали, короткой дорогой в город попадем. Смотрим, лес, холмы, теперь вот к этой деревне выехали… Если сомневаешься, вот наши документы, – капитан полез в нагрудный карман кителя.
– Да на черта мне твои документы, капитан? – отмахнулся Андрей. – Я же не патруль, чтобы документы проверять. Вижу – свои. А город неподалеку, вон там, у вас за спиной. Возвышенность объедете – и считай уже в городе. Мы бы сами пешком дошли, да груз в машинах, нельзя бросать. Да и неуютно как-то ночью…
– Много еды набрали? – спросил Нахабцев.
– Да там не еда, один корм, – засмеялся Андрей, – крупы, семена, в общем. Но много набрали – не отнять. Завтра влетит от начальства. Так что, браток, поворачивай оглобли да дуй в город, это рядом. Вон там за домами развернуться можно. Слушай, а ты в наш отдел не заедешь? Сообщи, что мы застряли, а то запишут в дезертиры, хрен потом докажешь.
– Нет уж, товарищ майор, давайте сами свои вопросы решайте, – поморщился Нахабцев, – а у нас своих забот хватает.
– Ну, извини, капитан, понимаю, – Гордин сокрушенно вздохнул. – Ладно, выполняйте свой приказ.
Нахабцев колебался. Фонарь отбрасывал блики на его нахмуренное лицо. Сомнений у Гордина практически не осталось. Заблудившиеся люди не стали бы тянуть резину: развернулись – и в город. Задержка с доставкой секретных материалов – тема для оргвыводов. С НКВД не шутят. Но Абервельд их заботил в последнюю очередь. Не надо им было в город! И нет там никакого майора Телегина. За другим они приехали. Но что-то сорвалось – капитан был растерян, не знал, как себя вести. Что за люди перед ним? Их действительно пятеро? Пасовать перед каким-то майором из снабженческой структуры? Он не решался выхватить пистолет и застрелить сомнительного майора (на этот случай у Гордина имелся хлипкий оборонительный план). Нахабцев колебался, переминался с ноги на ногу, размышлял. Подчиненные теснились вдоль бортов, прислушиваясь к разговору офицеров. Все желающие уже покурили, огоньки не мелькали. Такое ощущение, что эти люди не дышали. Андрей кожей чувствовал исходящую от этой публики смертельную опасность.
– Счастливо оставаться, товарищ майор, мы поедем… – медленно и как-то неуверенно произнес Нахабцев.
– Ошибочка вышла, товарищ капитан, – вкрадчиво произнес Андрей. Не мог он действовать, не зная наверняка. Требовалось последнее убедительное подтверждение. – Контрразведка СМЕРШ. Вы окружены стрелковой ротой. Прикажите своим людям бросить оружие и поднять руки.
