Внезапно Алсу остановилась. Увидела, как у их дома притормозила «газелька».
Пронькин вышел из машины и, заглядывая через забор, пошел вокруг дома, отыскал калитку, поднялся на веранду, дернул дверь. Заперто. Он, наверное, что-то кричал, звал хозяев, но Алсу из леса не было слышно.
Из дома никто не вышел. Видимо, мать решила не рисковать. Водитель спустился, расшатал камень на тропинке, кинул в окно, посыпалось разбитое стекло. Полез в пустую раму.
Зря, конечно. Лучше бы охранял свою машину.
Что ж, ты сам напросился. Дернула дверцу, приветливо щелкнул замок. Долго ковырялась в бардачке: штрафные квитанции, ручка, зажигалка, недопитая бутылка воды… Где фотка?! Она же точно видела, как Павел небрежно кинул ее в бардачок.
Пошарила глубже: оба-на! Почувствовала холод металла, где-то в уголке сердца мелькнула надежда, что ошиблась. «Мне не нужно это, мне нужна фотография». От страха каждая секунда превращалась в час.
Где-то рядом прошуршало. Нервно дернулась, приложилась затылком об какую-то железяку. Сдержалась, чтобы не заорать. Снова прошуршало. Алсу понимала, что совершает из ряда вон выходящее, поэтому и решила, что попалась. Настоящую опасность почувствовала спиной, каждой клеточкой тела.
Оглянулась. На двери сидел воробей. Подслушивал, подглядывал.
Шутник, елы-палы.
— И вообще это не твое дело. Понял?
— Тише, — зашипел… воробей? Нет.
— Напугала меня, — увидев мать, охнула Алсу. — Ты как здесь?
— Через заднюю дверь, огородами. Я видела, как ты подошла к машине. Сначала не поняла зачем, а потом догадалась. Фотографию нашла?
— Нет. Наверное, с собой носит.
— Ты постой на шухере… — вспомнила Королева слово из своей студенческой молодости.
— Чего?
— Ну, смотри, чтобы Пронькин не появился, — пояснила Королева.
— Ваше Величество… — Алсу покачала головой.
Госпожа Маргарита одернула рубашку, глубоко вздохнула и полезла в кабину, словно пошла на штурм вражеской крепости. Наконец, она вынырнула, держа в руках три фото.
— Это как? — удивилась Алсу. — Где нашла?
— Под сиденьем, в кармашке двери, одну в этой штуке наверху, не знаю, как называется, ну, ее опускают, когда солнце лепит в глаза.
— Антиблик, — подсказала Алсу.
— Это действительно ты. Похоже, что действительно Студент активизировался и подобрался совсем близко.
— Какой студент?
— Папин друг. Ну тот, о котором я тебе рассказывала.
— Ты никогда не называла его Студентом. А имя есть у него?
— Роман Николаевич Кочерга, — задумчиво произнесла Королева, и от отвращения передернула плечами. — Чует мое сердце, эти фотографии не последние. Надо обшарить самого Пронькина… Не делай такие страшные глаза. Ведь он без зазрения совести залез в наш дом.
— Там мои платья, косметика, — вдруг испугалась Алсу.
— Что такого? У любой женщины должна быть тонна косметики, — пошутила Королева.
— Я не понимаю, почему ты это позволяешь?
— Пусть удовлетворит свое любопытство. Может, это его остановит.
— Уверена?
— Нет, конечно. Еще несколько часов назад я была счастлива, — честно призналась Королева. — Любое хамство всегда неожиданно. Подлец твой Пронькин.
— Не мой.
— Оговорилась. Работает профессионально. Пусть поищет, есть шанс, что успокоится и забудет о нас.
— Не могу в это поверить. В нашем доме чужой человек, а мы тут из кустиков наблюдаем. — Горький ком разочарования встал у Алсу в горле.
— Я тоже с трудом сдерживаюсь, чтобы не вызвать Янотаки. Но ради дочери и страны я буду сильной. Мы справимся.
— Ого, пафос. Старо как мир.
— Честно говоря, еще пять минут, и я не сдержусь. — Королева глубже завернулась в кардиган. — Уму непостижимо.
Быстро стемнело. Вечерняя тьма окутала так плотно, что и не разберёшь, что творится в доме. Впрочем, когда они подобрались ближе, в сумраке проступили силуэты колодца, яблонь.
В доме загрохотала разбитая посуда. Королева осуждающе покачала головой.
— Надо же! Как-то совсем он неаккуратно.
— Ничего не боится, — сквозь зубы процедила Алсу. — Как у себя дома.
— Смотри, он, кажется, пошел в баню.
— Может сделаем все по-тихому. Запрем, лишим памяти, перевезем.
— Да я тоже об этом думала. Но если он от Студента, то все зря. Кульбит с Пронькиным вызовет вопросы. Студент сосредоточится именно на нашем районе и пришлет вместо одного — десятки Пронькиных.
— Ты так говоришь, будто ваш Студент владыка мира.
— Владыка не владыка, но силы, похоже, накопил. Подобрался совсем близко, и, если его не остановить сейчас, быть беде.
— Да что за Студент такой, что вы боитесь его всей толпой?
— Говорили уже об этом.
— Раньше я вообще не понимала тебя. Не прислушивалась. Теперь, кажется, все изменилось.
Скрипнула дверь. Где-то мяукнула кошка, заголосили куры.
— Тише, не кричи, — попросила Королева. — Надо завести собаку.
— Отлично! — оживилась Алсу. — Бишон фризе, русского тоя?
— Овчарку, чтобы дом охраняла.
Прислушались. Вроде тихо. В бане, как набат, загремело упавшее ведро. В окошке вспыхнул свет фонарика.
