— Помимо ранее сказанного? — В ответ он пожал плечами. — Слишком он милый и благожелательный для человека, который занимает такую должность. И кстати, еще об одном невольном участнике наших отношений…
— Я рад слышать, что у нас есть отношения…
Я невольно усмехнулась
— … но еще об одном участнике? — искренне удивился Страж Клоу. — А можно узнать, сколько их всего?
— Один. Всего один, — замотала я головой. — Может, двое. Но второй это вообще не мужчина. А остальных я даже не считаю и…
… и надо вовремя заткнуться.
Страж едва заметно улыбался.
— У нас у всех есть свое прошлое, — подвела я итог собственным мыслям. — Но говоря о настоящем: не нравится мне лорд Геригон. Не связывайтесь вы с ним.
— Я справлюсь.
Развернувшись, мы медленно зашагали в сторону кареты.
— Я серьезно. С ним что-то не так.
“Все. С ним абсолютно все не так!” — но этих слов я добавлять не стала, как и тех, что изобличали бы Камдена в каких-то более страшных вещах. Ведь тогда бы мне пришлось рассказать Стражу и про встречу с лордом, и про Дневник, и про Эрин и еще про много других вещей, которые я не была готова рассказывать, не завершив всех дел.
Ожидание воплощения угроз, высказанных аристократом, пугало больше, чем мгновенное возмездие. Пока он не предпринял никаких шагов, но затянувшаяся пауза между нами сводила с ума. Мне срочно требовались новые козыри для предстоящей игры, и я знала, где их достать.
— А вы не забывайте, что у вас больше нет магии, — в тон мне ответил мужчина.
Душа была спокойна. Я уезжала. И собиралась вернуться. Не к зимнему празднику, а к конкретному человеку. Мы не давали друг другу обещаний кроме тех, в которых говорилось об осторожности. Я просила себе время, чтобы все обдумать. А он был согласен ждать. Слова любви не звучали. Я не из тех, кто в них верит. Имир не из тех, кто озвучивает очевидные вещи. Его непоколебимая уверенность против моей закостеневшей паранойи. И все это в рамках семилетних встреч, которые каждый из нас воспринимал по-своему. Вот и получились два человека, которые ничего друг другу не должны, но каждый из которых хранит робкую надежду. На что? На нормальную жизнь. И сейчас, в это мимолетное мгновение, краткий миг вне времени, во мне было достаточно смелости признать, что я в числе этих упомянутых двоих.
— Туда куда я направляюсь, она мне не понадобится, — хмыкнула я, засовывая руку в карман и нащупывая кожаный шнурок с маленьким камушком на конце.
Кто-то сегодня попробует натянуть на себя костюм Сестры Крови и вспомнить парочку отличных трюков из прошлой жизни. Потому что ни это тело, ни этот разум, не готовы к предстоящей битве.
Я уходила.
А навязчивый голос в голове подсказывал, что я сбегала.
Алтарь для Света. Том 2
Пролог
Леда Винтер
Поздняя осень — это ее время года. День убывает, света становится меньше. Остывает земля, погребенная под разноцветным конфетти опавших листьев. Вода находится в пограничном состоянии. За ночь изморозь покрывает тонкой кромкой лужицы, чтобы растаять к утру под первыми лучами проснувшегося солнца. Воздух становится чище. Легче дышится. Мысли в голове яснее, ярче, четче. Завеса мира истончается.
Пограничье. Между вчера и завтра. Смена стихий.
Раньше, когда Леда еще не подозревала о своем даре, в третий месяц осени ее начинали мучить жуткие мигрени. Преследовали мрачные видения будущего. Сумрачные иллюзии вплетались в реальность, спутываясь с мыслями, искажая правильную структуру восприятия. Головные боли сменялись депрессией и хандрой. Предчувствие неизбежного сводило с ума, то лишая сил, то выплескиваясь агрессией на близких и родных. По вечерам зияющая пропасть пустоты чувствовалась особо остро. Становилось так грустно и тоскливо, что хоть волком вой. Тогда Леда начинала бояться, что подхватила какое-то безумие от вечно молчаливых гор, возвышающихся за окном родительского дома. Покрытые снежными шапками, они манили своей красотой и безграничной свободой, которая казалась девушке катастрофически недоступной.
Она никогда не хотела быть магом. Не грезила приключениями, боясь ускользнуть в своих фантазиях слишком далеко. Не верила в сказки древности о могучих чародеях, грозных воительницах с Туманных скал, и лунных тварях, что спускаются по ночам по дорожке света с темной стороны луны. Ее не пугали страшные истории о демонах Нижнего мира, не радовали подвиги отважных и доблестных рыцарей, не волновали чаянья заточенных в башнях принцесс. Леда боролась с тягой к недостижимому, запрещала мечтать о несбыточном, оттачивая ум книгами из родительской библиотеки. Она безжалостно отгоняла от себя прочь мысли о другой жизни, стирая все пути к отступлению. Казалось, иногда девушка сама бросала себе вызов, проверяя на прочность. К примеру, ее жених. Она ведь могла из бесчисленной верениц кавалеров выбрать себе равного по статусу. Того, что всегда будет ее якорем. Поможет оставаться на земле и не блуждать по закоулкам призрачных видений.
